<топы ждут

ONE PERCENT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ONE PERCENT » партнёрство » apogee


apogee

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

http://s8.uploads.ru/wJTt7.png

0

2

https://funkyimg.com/i/2UwH4.png

0

3

виктор крам , 47
друг
http://s3.uploads.ru/G5drv.png http://sg.uploads.ru/ujdnk.png http://s7.uploads.ru/hNLO7.png
[ jason momoa ]

дата рождения , место ;
1976 , болгария ;

лояльность ;
лоялен себе , родине , и , конечно же , квиддичу ;

деятельность ;
тренер / консультант команд по квиддичу в лондоне ;

чистота крови ;
чистокровный / полукровка ( ? )

виктор крам сжимает кулак.
виктор крам дышит холодным зимним воздухом, пряча шею в вороте меховой шубы.

виктору краму пять, и он сидит на коленях отца, слушая сказки про морозко и жар-птицу. перед ними горящий камин и запах жжённого дерева. у отца холодные руки и добрые глаза. у него низкий голос и сухие ладони. он — старший в семье крамов. он — оплот детских воспоминаний виктора, его непрерывная константа, которая делает из крама человека. отец учит быть стойким, отец учит быть решительным, отец учит что правильно, а что нет, мысля иногда категориями, не боясь делить всё на чёрное и белое. отец называет тёмную магию злом и рассказывает о грин-де-вальде, который убил его деда во времена, когда обладал могуществом. он рассказывает о той боли, что пережил, когда потерял своего отца, свой центр мира, и юный виктор боится потерять всё так же.
он держится за семью двумя руками и костяшки разбивает в кровь, чтобы её защитить.
виктор крам хватается за руку отца и говорит: я ни за что не позволю тёмной магии навредить нашей семье.
в нём просыпаются магические способности и отец отправляет его в дурмстранг, под громкое негодование сына. именно там учился грин-де-вальд, именно там так рьяно относятся к тёмным искусствам. пускай множество поколений крамов и училось в этой школе, но самый младший отказывался. отказывался так отчаянно, что отец впервые повысил на него голос, впервые пригрозил жестоким и суровым наказанием. виктор вынужден был согласиться.

виктор в кровь разбивает костяшки, вышибая дурь из зарвавшегося студента, решившего, что рисовать на стенах знак грин-де-вальда забавно и правильно, ведь это символ великого волшебника.
виктор выслушивает наказание от учителя и с суровым лицом ровно держит спину. виктор всегда ровный. он — заточен, словно клинок. именно в школе он находит свою страсть — квиддич. он на втором году обучения становится ловцом и слишком много времени проводит на поле. он получает гневные письма от отца, но сжигает их, даже не прочитав. отец лишь после череды побед и достижений понимает страсть сына. в письмах становится всё больше слов о гордости и отношения отца и сына становятся лучше. виктор возвращается на зимние каникулы обратно в семейное тепло и вскрывает новогодние подарки под ёлкой вместе с отцом, который трепет его по голове и хвалит. именно отец подарил ему первую дорогую метлу на тот самый новый год.
виктор в воздухе чувствует себя куда увереннее, чем на земле. он любит ощущение холодного металла снитча и холод суровых ветров во время зимних игр. ему нравится ликование толпы, когда его команда побеждает. виктор крам ненавидит проигрывать.

в 1994-ом году виктор крам занимает место ловца сборной команды по квиддичу болгарии. виктор громко смеётся и радуется своему достижению. толпа скандирует его имя, приятно лаская суровое мужское самолюбие. он выпускник школы чародейства и волшебства дурмстранга, он ловец, он звезда. ему впервые в жизни кажется, что всё встало на свои места — крам поднимается в воздух на метле и машет толпе фанатов, что зачарованно смотрят на него.

виктор крам переезжает лондон, когда уже ушёл из большого спорта, но всё ещё с любовью смотрит ввысь.
гарри поттер через знакомых предлагает ему место в нынешнем британском спортивном обществе магов - попробуй, ты нам пригодишься, улыбается поттер.
крам пробует. оставляет всё, что когда-то прошло, чтобы начать новую жизнь.


дополнительно ;
- ищу друга , соратника , с кем можно будет ходить по пабам и показывать - детишки уже выросли ;
- скорее всего попрошу пробный пост ( не знаю ) , чтобы посмотреть сыграемся ли .
- обеспечу графикой и любовью .

пробный пост

я так хочу вернуться в мой май,
     но только наступила осень

ей бы в земле тлеть неосознанно — не думать, не жить, не существовать. просто тлеть — ей бы просто в сосновом гробу лежать, да не переворачиваться от лишних тревог — над головой земля-земля-земля слоями, а на поверхности в земле хлипкий деревянный крест, который обязательно упадёт, после первого шторма. обязательно, потому что бриджет и сама уже падает. ладони в кровь обжигает, колени ссадинами разукрашивает, язвами руки покрывает. а потом ночами на эти язвы давит, смотря, как они гноем взрываются, подушку кровью опять пачкают — и кажется слезами [ она уже не помнит, когда последний раз плакала. кажется это будет завтра ].

ей бы покоя вечного, в котором нет ничего, кроме ничего — она не хотела в рай, и в ад такой тоже не хотела. в ад молчаливый, тихий, наказывающий не тем, что насквозь прожигает, а тем что размешивает нефтяное месиво собственных грехов, превращая в вечный позвоночный спазм — у бриджет по спине сколопендры бегают, и её коты всегда стараются лечь именно туда — излечить или забрать. но не работает. в этом и самая смешная вещь на свете — в аду ничего не работает, что работать априори должно.

и поэтому она поёт — поёт долго, вплоть до того момента, когда от голосовых связок ничего не остаётся. поёт то тихо, под нос себе мурлыча и мальцами колтуны в кошачьей шерсти разбирает; то громко, сотрясая ласковым эхом гранитные стены. поёт, когда тихонько крадётся по коридорам пандемониума, поёт, когда пританцовывая подметает кабинет дьявола, поёт, когда после битвы возвращаются раненные, и она им тряпки холодные на лоб кладёт. демоны любят как она поёт — душу свою вываливает, а вместе и чужие забирает. легче от её песен никому не становится, но это лучше, что тишина могильная.

когда-то однажды всё сгорит дотла — спичка [ бриджет ] догорает быстро. у неё из лёгких весь воздух выкачивают — и не загоришься, кажется вновь. потушено. разбито. пурпурным цветом укутано. а в аду гранит уродливый смеётся — глупая, моя девочка, ты тут навсегда и это, поверь мне, очень долго. бриджет головой трясёт, ногти скусывает — ей душно. она раскрывает окна в своей маленькой комнате на распашку, котов прогоняет, чтобы не лезли к ней в кровать — проще купель льдом заполнить. проще, да только не поможет — у бриджет кризис пребывания в аду, и через это, говорят, каждый проходит — иуда, правда, вон, каждый день. а ещё у бриджет на кончиках пальцев магия блестит соблазнительно, и взгляд её аккуратно шелестит предложением — ад раскрывает грудную клетку бишоп металлическими щипцами и засовывает внутрь новое осознание себя — вот, она уже не шестидесяти трёх летняя старуха, вот, она уже не слабенькая человеческая женщина, что не могла дать отпор огню.

   бриджет горела первой. и горела дольше всех.

у бриджет болит голова и кровь медленно стекает по верхней губе из носа, когда она руку простирает вперёд — у неё не осталось ничего более, кроме гранита, забившегося в лёгкие вместе с осознанием, что всем вокруг наплевать — они все пережили то же, что и она — абсолютную апатию и одновременно абсолютное желание всё изменить. в аду не принято спрашивать, и ей хочется затолкать свои вопросы в чужую мягкую плоть вместе с холодом стали — так, чтобы навсегда. но у бриджет слабые тонкие руки, сквозь которые кажется, что просвечивается вся её гнилая суть. такими руками не убивают, такими руками копают себе могилу. бриджет хочет вырваться из склепа, в котором похоронить хотят не только её тело, но и душу — вырваться на свободу.

   бриджет больше к огню не подходит — она ему больше не друг.

здравствуйте, меня зовут бриджет бишоп и вообще я ведьма. вообще, я умерла в тысяча шестисот девяносто втором году, и вот сейчас я стою перед вами — даже не знаю в каком времени мы — какой сегодня год? на самом деле я должна мучиться в адских трущобах и раскаиваться за содеянные грехи, но вот она я — носком грязного ботинка землю проверяю. живая. живая земля.

мысленно выходит так, что мир смертных называешь поверхностью — всё в мозгу человеческом расслаивается. рай — небеса, высота, земля — поверхность, а ад — вода, море. там может быть и жарко, но преисподняя полна слёз, поэтому когда к чей-то коже губами прикасаешься — она солёная на вкус. первым делом бриджет идёт смотреть именно на море, и чуть не падает с каменного пирса — равновесие как-то странно держится в смертном теле, и ноги подкашиваются. коты находят её и здесь. она пачкает ладони, пытаясь приоткрыть люк на крышу панельного дома — у неё болят мышцы и отдышка чуть больше, чем следует. она уже и забыла, что быть смертной — трудно.

а там с высоты девятиэтажки город целый и тоже живой. вот совсем не такой, как она привыкла видеть — большой такой, страшный немного. но всё живое менее страшное, чем мёртвое. коты следуют за бриджет аккуратными тенями. прохожие оглядываются, а она под но улыбается — я выбиваюсь из вашей нормальности точно так же, как вы из моей. но бишоп себе п е р е о ц е н и в а е т .
когда она открывает крышку своего гроба — это так забавно знать в точности, где тебя похоронили, — там практически ничего не осталось, кроме грязных костей. и это так смешно — живой смотреть на себя мёртвую. бриджет задыхается противным смешком. она до могилы своей месяц не могла дойти, что в мире земном плясала — боялась найти там что-то важное. а потом осознала — важного уже ничего не осталось. и от бриджет тоже. говорят, где-то по земле ходят её предки — внуки внуков. может быть у них даже её глаза — но они всё равно не такие отчаянные, как у неё. может быть в них даже есть куски её магии — но зачем она им теперь.

кошки испуганно шипят — бриджет не оглядывается.
ещё при той жизни она называла себя дочерью люцифера, дочерью дьявола — вот он. его запах появляется раньше, чем он сам — амарант [ цветок бессмертия ] и расплавленное золото — запах горечи и благородства.
бриджет оглядывается. давай, ты пришёл наказывать — никто из ада не смеет выбираться.

0

4

your choice , 19-22
как сын и как зверушка
https://69.media.tumblr.com/bc111b3b61e9b740c2c16aca696410ba/tumblr_przgz5muv81u8n0xao1_540.png
[ timothee chalamet ]

дата рождения , место ;
your choice, леса норвегии

лояльность ;
vox

деятельность ;
your choice

чистота крови ;
оборотень, магический полукровка;

мальчишка - меж молотом и наковальней; разменная монета. можно смеяться сколько угодно, но в vox не смеются и в клане твоем, волчьем, тоже особо не весело. они интересные - оборотни норвегии - подходящие для своей задачи, но принимающие всю нынешнюю ситуацию слишком уж легкомысленно: за ними повторяешь, сомневаешься, но за задание вожака хватаешься клыками. это - твое испытание на жизнеспособность, когда не останется никого поблизости.

молодой потерявшийся волчонок - что ты знаешь? ничего;

грубая магия - тебя ведь учить магии нужно едва ли не с нуля; интуитивная - раз на раз не приходится, но не все потеряно. волкам в клане это не нравится; амина смеётся, даже если: «здесь каждый сам за себя, малец»; мне - интересно. ровно с тех пор, как сам попытался дойти до условленного места; ровно с тех пор, как спалился так глупо и безнадежно перед обычными магглами: «они были готовы тебя пристрелить и ничего бы ты с этим не сделал».

маленький наивный волчонок - чего ты хочешь? быть полезным;

недоверчивый - прячешься по углам, да обнюхиваешь каждого чужака - это так странно быть в кругу людей? выглядит забавно - храбришься - привыкаешь быстро - и учишься отлично играть на камеру. понимать систему и смысл vox становится гораздо проще, а люди становятся ближе - даже если всего трое, но ты так молод и все еще впереди, нужно только приложить больше усилий и мир примет, признает. успокойся - это всего лишь жизнь среди террористов; успокойся - это всего лишь способ прийти к цели; успокойся - это всего лишь камера, а ты - кусай.

(должно быть, вкусно)


дополнительно ;
- отношения обсуждаемы, персонаж важен;
- амина из рода селвинов и вместе со мной - первые воспитатели на деревне;
- накормим и обогреем, возлюбим;
- обменяемся постами

пробный пост

( любой ваш пост )

0

5

gylbarde, 40+
дальний родственник
http://forumfiles.ru/files/0013/08/80/73837.jpg
[ daniel day-lewis ]

дата рождения , место ;
ваш выбор

лояльность ;
нейтралитет

деятельность ;
ваш выбор

чистота крови ;
полукровен

You know what it feels like to hold a burning piece of paper, maybe even trying to read it as the flames get close to your fingers until all you’re holding is a curl of ash by its white ear tip yet the words still hover in the air?
That’s how I feel now.


назвали гилбарда в честь его прадеда, запатентовавшего нечто ценное и отметившего историю чем-то важным; назвали и почти сразу же пожалели: гилбарду пять, шесть, семь, десять — способности никак себя не проявляют, магия молчит. его возят по врачам, предсказателям, шаманам, сдавшись — обращаются к шарлатанам, но всё тщетно. никакого письма из хогвартса, никакой надежды, смиритесь. в день его пятнадцатилетия, которое отмечают уже, наверное, по инерции, бокал, которым отец хочет выдавить невероятно скукоженный и неискренний тост, разлетается на осколки. злости гилбарда хватает на всю посуду, и мать, выковыривая из ладони стекло, поджимает губы: ну и чего ты ждал?
гилбарду нанимают преподавателей — родители вспоминают, каково вновь думать о сыне как о зерне, из которого что-нибудь ещё может вырасти; вряд ли что-то грандиозное, судя по тому, с каким трудом ему иногда даются простейшие заклинания. когда в восемнадцать он уходит из дома, раздарив свои носки всем домовым эльфам, родители вздыхают с облегчением.
у всех есть родственник, имя которого вспоминают, тряся перед детьми примерами неудач; про гилбарда хепзиба слышала всякий раз, когда агате что-нибудь не нравилось. иногда он появлялся на семейных сборах, и все непременно говорили: ради того, чтобы нас позлить. все уверены: занимается он какой-то странной, полумёртвой магией, и пахнет от него серой и табаком лишь для того, чтобы запах гниения не пробился в ноздри. улыбался гилбарт действительно странно, потому что в такие моменты всегда смотрел в пустоту между людьми; с семьёй хепзиба не ладила, потому подойти к дяде, пока никто не видит, хотелось ужасно. ей было, наверное, около пятнадцати, когда он перестал думать, что она издевается. зачем ты приходишь, спрашивает хепзиба. потому что ненавидеть можно только тех, кто знает о твоей ненависти.
в юности с любым, кто не смотрит на тебя, как на зачаток человека, домысливаешь особую связь — хепзиба заканчивает учёбу в хогвартсе, на каком-то очередном семейном торжестве ищет гилбарда и не находит. может быть, он появится через год. (не появится) может быть, через два года он расскажет об очередном важном деле, которое помешало прийти. (не расскажет) он исчезает на семь лет, и хепзиба думает о том, что это к лучшему — хорошо ведь, если напоминать о своей ненависти гилбарду больше не нужно? думать о том, что он умер, не хочется.

его не то чтобы легко узнать — в тусклом свете бара не то человек, не то высохшее тело, прикидывающееся чем-то живым; кожа устало свисает с лица, и каждый раз, когда гилбард собирается с силами, чтобы что-то сказать, его руки дрожат ещё сильнее. кажется, даже заключённые азкабана, выцелованные дементорами, на фотографиях выглядят лучше; хепзиба смотрит на гилбарда — сколько ему? сорок? пятьдесят? выглядит он хуже, чем тётка мэри-энн на семейном портрете (ей, на секундочку, тогда было 173) — и в сотый раз радуется, что на сделки всегда приходит под разными личинами. каждое слово он обдумывает, взвешивает (может быть потому, что все они одинаково тяжелы, а силы нужно беречь), от прежней спеси осталась лишь неуловимая насмешка, и для того, чтобы её увидеть, нужно продраться сквозь наслоения кожи и морщин. хепзибе кажется, что за время их разговора лицо гилбарда под собственным весом опустилось ещё ниже (ещё чуть-чуть, и стечёт в его кружку).
она достаёт ему нужный артефакт — всё, конечно, оказалось последствием какого-то магического ритуала, на который у гилбарда то ли не хватило сил, то ли хватило с перебором — вместе с артефактом оставляет отслеживающее заклинание из тех, какими в министерстве любят отмечать нужные вещи; слов для него хепзиба по-прежнему не находит, но вдруг — вдруг! — когда-нибудь.

когда она лишается способностей и квартира превращается в гробницу когда-то полезных вещей — теперь всё магическое будто бы смотрит на хепзибу, смотрит и насмехается — про гилбарда тоже вспоминает не сразу. сначала приходит гнев, который удаётся растратить за пару месяцев, потом тихая ненависть с пьянством (наверное, самый приятный этап); потом лежать в окружении мёртвого и замолчавшего воздуха станет совсем невыносимо, и хепзиба объявится на пороге гилбарда, чтобы рассказать что-нибудь, что сама не понимает до конца. в конце концов ей кажется, что она никогда его не жалела. даже мысленно.
это многого стоит, думает хепзиба.


у меня в голове долгое время зрела история про инаковость (?), ту инаковость, при которой желания противостоять выплюнувшему тебя обществу совершенно нет — хочется, наоборот, встроиться и пользоваться всеми среднестатистическими привилегиями. у хепзибы вообще всё всегда было в порядке (кроме, может быть, некоторой обсессии насчёт всего магического, но это простительно в таком сеттинге), и после того, как она лишилась способностей два года назад, ничего, кроме их возвращения, ей не нужно.
гилбард (имя, внешность, любые детали можно сменить) — эдакое слепое пятно для магического коммьюнити, для учёбы в хогвартсе его способности проявились слишком поздно, всё пришлось сначала навёрстывать на домашнем обучении, а потом самостоятельно. социальных связей, которые может дать хогвартс, нет; многие карьерные пути недоступны; семья (после затянувшегося разочарования) над ним долгое время насмехалась, а после, откровенно говоря, побаивалась.
хепзиба может прийти к нему, потому что думает, что он понимает, каково оказаться на обочине всеобщего магического праздника; может прийти, потому что хочет лишний раз посмеяться над ним и над собой; может прийти, чтобы впервые за всё время увидеть, что он вообще за человек (до этого её восприятие ограничивалось довольно примитивными категориями). исход их повторной встречи (и дальнейших, а то что же играть тогда!), характер отношений и прочее предлагаю оставить на совместное обсуждение.
мне всё это видится довольно тоскливой и, наверное, скучноватой историей про осмысление своего мЕсТа сразу в двух мирах, ни в один из которых эти товарищи (в какой-то момент) толком не вписываются. и тут уже не обязательно ресентимент (думаю, гилбард его перерос) и агрессивная враждебность (по этой причине не особо представляю какую-нибудь радикальную ветку сюжета, не в этом случае), скорее здоровая доля смирения и принятия (это вариант для хепзибы, которая, правда, всё равно не успокоится, пока либо не вернёт себе магию, либо не умрёт пытаясь, бгг).
короче, тон у всего этого довольно унылый, но играть просто грустную рефлексию и wE LiVe In A sOcIeTy я тоже не планирую, просто хочу задать направление, а результат уже вычислить совместно.


дополнительно ;
выше.

пробный пост

в ней просилось о сохранении (если это только возможно)
связи с твоим творением которая глубоко подкожна
и поэтому неподнадзорна (не видна и не слышна)

раньше не было забот, ибо забот было много,
мысли были что муравьи, бегущие по сахарным ниточкам, заботы равны не проблемам, но делам, задачам. что было занятостью, обернулось растраченностью — занимайся хепзиба чем-нибудь насущным, прогорклым, готовься она хоть к чему-нибудь, всё не стало бы ничем. на второй месяц становится хуже — она начинает видеть в прошлом знаки; раз заметила сейчас, значит, и раньше могла — что же не подготовилась?
навязчивые мысли ложатся на лицо, как влажная тряпка в душный день; начало каждого мысленного цикла (пересобрать всё, пока слова не разъедутся на бессмысленные гортанные звуки) — новый ушат воды, опрокидываемый в ноздри и рот (это для того, чтобы взбодриться, или так же, как во время скандала в аврорате?). хепзиба не может заснуть, хепзиба спит по 16 часов, хепзиба не может заснуть, хепзиба спит по 16 часов; на третий месяц не то из очередного обличительного сна, не то из-за угла лютого переулка выглядывает лицо бертрама (роул смотрит себе под ноги: интересно, он уже знает?).
четвёртый месяц — выбежавшая из-под кровати мышь с парализованными задними лапами; хепзиба долго смотрит в одну точку (мышь забралась за плинтус или просто перестала существовать?) и борется за желание встать и заглянуть внутрь. оно, как и любое другое, с решением проблемы не связанное, осядает где-то поодаль, наверное, на расстоянии вытянутой руки. чуть ближе (дышит в ухо) необходимость прибрать, приготовить поесть — вручную, самостоятельно — принять душ, почистить зубы, выйти из дома; всё это уже перемолото стыдом и ненавистью в труху — поди определи, настоящую ли пыль подсвечивает солнечный луч.
на неё смотрят как на прокажённую, это точно, и голоса в голове, подсвечивающие самые кислые мысли, вторят самим себе — на неё смотрят на прокажённую, даже когда никто не смотрит, это точно. может быть, нечего больше делать в магических кварталах, может, пора прогуляться по маггловским, присмотреть новые извечные места, что-нибудь обнаружить; не то из очередной бессонной ночи, не то из-за угла выскакивает ребёнок в горчичного цвета футболке (на ней ядерно-синим выведено
TRY
TRY AGAIN
TRY HARDER
), хепзиба не уверена, не плюнула ли себе под ноги. может быть, если магия пропадёт насовсем, дети перестанут расти?
артефакты рассыпаются в руках, разбиваются под ногами, как дрянные монеты (из тех заплесневелых, что гниют на самом дне кошелька на удачу), книги, атласы и колдографии будто бы засыпают, занавешенные молочной дымкой лени, репродукции спейра, сделанные каким-то магом, больше похожи на наброски угольным карандашом — дома роул находится под вниманием тысячи глаз (все — прокажённых).

самой по себе магии не существует,
вернее, нет, не так: не существует магии без проводника волеизъявления, думает хепзиба, перебирая колоду таро (май 2022 года, несчастный случай в кеттеринге: эгрегор магглов-оккультистов зарядил какой-то слабенький артефакт, неизвестно как попавший к ним в руки; среди оккультистов затесался и недомаг («недостаточный магический потенциал», как теперь говорят, таким с трудом даются простейшие заклинания), артефакт взрывом снёс половину дома — много кропотливой работы, кому же нужно, чтобы подобные инциденты проникали в прессу). изъяли всяческих стеклянных побрякушек на ящиков пятнадцать, вытерли тонкие ниточки слюней-воспоминаний сотне людей, кое-как задавили инцидент и больше о нём не вспоминали. хепзиба тогда нашла серебряную брошь, работавшую по настолько простой схеме, что и вспоминать смешно (исполняет примитивнейшие желания, достаточно лишь сформулировать мысль, начинающуюся с я хочу); при описи в отделе тайн её каким-то образом пропустили (а колоды таро уже давно не хранят).
роул усмехается, вспоминая лекции по современному оккультизму: вошли в эру пост-хаоса, как же.

пятый месяц выпадает из памяти — хепзиба, ну, просто пьёт.

на шестой, имеющий отчётливый вкус долго ссавших в рот кошек (ссавших — отдельно, кошек — отдельно), хепзиба в самые угрюмые дни просто шатается по паре кварталов; плотно сбитые дома, колышки заборов, бусины вывесок — все заливаются смехом (роул тоже смешно и нужно поскорее что-нибудь залить). смех кусает мочки ушей до тех пор, пока она взглядом не натыкается на лицо бертрама: оно и на этот раз как будто бы бумажное, наклеенное поверх прочих декораций; цепляешься за него и отдираешь невольно с прожилкой желтоватого клея. если идти от противного, — мысль лопается под языком, как язвочка, — мы одинаково функциональны.

дни выщербленные, плоские, как пошарпанная бетонная стена, выбегают из одной точки и неизменно собираются в одну; хепзиба теперь видит знаки даже в детстве (а если бы агата тогда не корчила так лицо, когда говорили про яксли?), на исходе ночи перекладывает воспоминания из одной руки в другую (в левой первое раздражённое письмо бертраму: роул разозлилась, думая о том, не мог ли он сам всё не усложнять? неужели это так сложно, берти?; в правой первая секунда стыда — письмо не было отправлено, но было написано, что значит расплатиться за него когда-нибудь всё равно придётся). когда бертрам впервые проходит по остывшему коридору (в квартире теперь холодно, всегда), хепзибе хочется завернуться во второй плед (она сама теперь раздражённое неотправленное письмо, не нужно такие читать, тем более ему).

роул думает: нам нужен манифест; любому деянию, декларируемому как общественный вызов, должно иметь оттенок эмоциональной истерии. в тексте будет много «мы» и «вам», потому что сегрегация, выпестованная веками и тысячелетиями, может быть уничтожена лишь прямым указанием (ткнуть и растереть). магии без волеизъявителя быть не может (выходит, что и волеизъявителя без магии может не стать, — мысль мерно стучит в ушах, когда они без каких-либо проблем проникают в здание министерства). «ткнуть и растереть», думает хепзиба, отточенным движением вытягивая петлю узла на запястьях велимира. жаль, что нельзя будет проследить за ним потом: это не несчастный случай, но вполне осознанное, намеренное, запланированное злодеяние — ему наверняка будет проще, чем ей (и справиться, и смириться). роул кажется, что бертрам за вычетом тридцати лет это тоже понимает и в какой-то степени к подобному ходу мысли снисходителен, но лишний раз обличать своё внутреннее уродство ей бы не хотелось, потому на лице ни улыбки, ни лица. роул кажется, что этим лицеотсутствием яксли не обмануть, но попытаться всё равно хочется.

исчезла магия — и потребность носиться с артефактом отошла на второй план, продавленная горем, как крупным телом. хепзиба пару недель назад пришла (вернулась?) в ту степень отчаяния, когда в этой книге хочется вырезать отверстие, а в отверстие положить свой отрубленный палец; поставить на полку, а зевакам-гостям показывать, как семейную реликвию, доставшуюся от харкающей кровью бабки, или колдографию из отпуска — смотрите, здесь у нас неизбежное, уродливое, вы будете смотреть, хотя смотреть не хотите, потому что нам положено на такое смотреть — мы так воспитаны. не трогайте грязными руками — там внутри и так грязные руки.

— в тот раз было достаточно её приоткрыть, — хепзиба поднимает книгу без прежнего трепета, но с трепетом новым. — и мы, скорее всего, не заметим, как она сработает.
(не так давно роул извлекала воспоминания о той ночи, как картечные пули, и обращалась к бертраму по имени чаще, чем нужно; «словно у тебя отняли то, что ты мыслил настолько своим, что и не знал, что от тебя это можно отрезать, а после того, как отрезали, не чувствуешь больше вообще ничего». )
— есть в этом отсутствии зрелищности что-то правильное.

роул хотелось бы сказать что-нибудь значимое или рассказать о какой-нибудь внутренней отметке, мол, сегодня, в 02:47, в лондоне мы лишили магии велимира войтовича, и мы это ощутили; роул ничего не ощущает. на лице яксли ей представляется та же пустота — хепзиба не смотрит ему в глаза, но уверена, что и без того всё может рассмотреть.
— он не проснётся часов до пяти, не хочу оставлять его.. здесь.

0

6

барри ⬛⬛⬛ , 3⬛
товарищ
https://i.imgur.com/YLe1MT4.png
[ your choice ]

дата рождения , место ;
00.00.9⬛ , англия
( на выбор )

лояльность ;
на выбор

деятельность ;
комиссия по обезвреживанию опасных существ

чистота крови ;
магглорождённый / нечистокровный

* имя, возраст — на выбор. внешность не принципиальна.

х его отец — мясник с многолетним опытом — за пределами работы, как говорится, и мухи не обидит. барри же обижал и мух, и кузнечиков, и всякую живность, что попадётся под руку. домашних животных в доме не держали, поэтому под детским ботинком оказывались дворовые кошки и голуби. однажды барри подразнил бродячую собаку и та укусила его за руку. барри пролежал после этого неделю в больнице, а у собаки остались ожоги — так у барри впервые проявилась магия.

х барри слыл драчливым и азартным мальчиком. в хогвартсе он попал в слизерин, где он познакомился с айзеном. барри было плевать, кто родители айзена, а айзену было неинтересно, что от него хочет барри — так и подружились. барри жутко нравились дуэли, но ещё больше ему нравилось разбивать носы своими руками. у него была средняя успеваемость, но от него никто и не ждал больших результатов. стал популярным на курсе благодаря квиддичу, в котором преуспевал куда больше.

х после окончания хогвартса барри не знал, чем ему заняться, поэтому не придумал ничего лучше, чем податься вслед за айзеном в министерство. на бумажную волокиту и бюрократию у него аллергия, поэтому барри нашёл своё место в комиссии по обезвреживанию опасных существ. барри прослыл очень исполнительным и ответственным сотрудником, не брезгующим никакой работой — главное, чтобы она предполагала какую-то деятельность. можно ещё немножко насилия. или не немножко.

х барри очень шумный. вспыльчивый. громкий. живой памятник старой доброй англии, в которой нет места ни терпению, ни этой вашей толерантности. говорит обо всём прямо, чуть что — готов доказывать силой и словом, что прав. чужую правоту признаёт только если хорошенько встряхнуть за загривок. животных не любит, но — вот ирония — похож на зверя куда больше, чем на человека. любит выпить и не испытывать стыда за устроенный по пьяни беспорядок. с айзеном дружит давно.

[indent]  [indent] барри считает, что крепко и навсегда. айзен не возражает.

p.s. просто нужен буйный товарищ, с которым можно устраивать треш и веселье (для кого-то — трагедию). барри в чём-то по-животному жесток, забывает, где находятся какие рамки. айзен тактично ему напоминает: иногда — шёпотом на ухо, в другой раз — разбитым об стену лицом. айзен точно не знает, зачем ему сдался барри, но ему хватает того, что барри комфортно с ним. он к барри привык и доверяет — в меру. нормальные люди называют это дружбой. айзен не против такого термина.


дополнительно ;
связаться можно через гостевую или лс

пробный пост

[indent] — я хочу сделать кое-что с тобой, — у неё истерический голос нэйтана, взгляд сквозь стекло очков: мистер джефферсон, разве у вас проблемы со зрением? острое желание содрать лицо напополам с желанием его сфотографировать, макс пытается понять, когда именно: до или после, искусственное ли, изуродованное ли.

[indent] стереть тебя / убить тебя / сфотографировать тебя

[indent] червоточины в лёгких, но макс — щёлк! — улыбается лучшей улыбкой виктории (не показывать зубов — непременно окажутся акульими). асинхронно поют в голове киты, и макс прижимается ухом к груди, перебивая их ритмом сердца (нэйтан не знает, что там с апреля стыло и тихо). щёлк! — макс рисует на запястье созвездия и делает вид, что поцелуй — стопроцентная гарантия исполнения всех желаний (хлоя, почему ты такая наивная).

[indent] у макс выворачивает наизнанку желудок, её рвёт на голубой кафель женской уборной. мерзость.

[indent] ей что-то хочется, ей что-то непременно нужно, и так, наверное, работает с каждым, кто знаком с рэйчел эмбер. забавная аксиома: всем что-то надо от рэйчел эмбер, но получает необходимое только она. вырисовывается в голове ещё одна, немного другая: никому ничего не нужно от максин колфилд, но она всё равно всем мешает.

[indent] это сделал нэйтан, я ему не доверяю, директор, отстраните его от занятий. это сделала виктория — в своих снах, ха-ха, разбивай теперь лоб перед портретом кейт, рассказывай, что виновата. это сделал фрэнк / это сделала хлоя / это сделала макс — мистер джефферсон, вам нравилась рэйчел эмбер? вы её трахали на этом столе?

[indent] но я, конечно, ваша лучшая модель

[indent] в нашей проявочной

[indent] навсегда

[indent] . . . . . . . .

[indent] кто же это сделал, кто виноват, кто убил её? — хлоя скучает по тебе, — говорит макс и думает, что не отдаст, маленький прожорливый бог, в щепки разносит города, переворачивает океан вверх дном. да, я её заберу, а ты будешь гнить от передоза на свалке / хлоя будет гнить на твоей могиле с простреленной головой. макс нехорошо, у неё кружится голова — вселенная крутится в противоположную сторону,
[indent] [indent] вот же
[indent] [indent] [indent] дрянь.

[indent] хлоя плачет над телом рэйчел, хлоя носится по спортивному залу с револьвером в руках, хлоя говорит я не общалась с рэйчел эмбер, а потом просит превысить допустимую норму морфия. — ты нужна хлое, — продолжает говорить макс, фотографируя — щёлк! — взрыв в двух китах. — ты умерла, рэйчел, но я это исправлю.

[indent] она сделает то, что нужно / нужно хлое / нужно ей. макс поломает себя / время / жизни, чтобы добиться желаемого — виктория обзавидуется такому энтузиазму, кейт, подражая упорству, всё равно сделает шаг в пустоту. приоритет номер один крушится маяком, оставляет макс в темноте, чёрные воды лижут грязные носки кед.

[indent] я так хочу

[indent] макс протягивает руку, наконец-то
[indent] [indent] прикасаясь
[indent] [indent] [indent] к чужому плечу.

[indent] теперь макс знает, кто виноват.

[indent] — это сделала я.

0

7

натаниэль & эстер фоули, 24 & 19
по документам и родству - семья
http://s5.uploads.ru/IubgE.gif http://sg.uploads.ru/DB1vt.gif
[ andrew garfield & lily collins ]

дата рождения , место ;
где-то в британии

лояльность ;
на усмотрение

деятельность ;
он - магозоолог-драконолог
она - игрок квиддичной команды 'холлихедские гарпии'

чистота крови ;
чистокровные

   он.
   помнишь последнее, что я сказал тебе перед тем, как вернуться в британию?
   да-да, ничего не изменилось, я все еще хочу, чтобы ты пошел в то место, направление которого считается неприличным произносить вслух в обществе.

   ты - живой пример того, что не существует ни в маггловском, ни в магическом мире человека, который был бы хорошим для всех. ты был хорошим для родителей, эдаким положительным персонажем - но заслужил дух соперничества и злобу с моей стороны. ты был хорошим студентом, но редко когда учился сам. ты вырос хорошим специалистом в своей области, и сбежал от всего, что связывало тебя с семьей. восемнадцать лет своей жизни ты показывал родителям, что пойдешь по стопам отца, станешь колдомедиком, и тебе перепадет все наследство, а в результате, едва закончив школу, помахал ручкой, и сбежал в румынию.
   и первый раз ты заслужил мое к тебе уважение. и я понял, что ты притворялся.

   каким бы ты не был улыбчивым, приятным и подвешенным на язык, ты был и остаешься чертовым слизеринцем. ты хорошо управляешь своими эмоциями, разбираешься в людях и умеешь собирать вокруг себя тех, кто тебе удобен, выгоден или нужен. в тебе есть какая-то привязанность к нам с эстер, но она достаточно мнимая - каждый раз вначале ты пытаешься приблизиться к нам, а потом разбиваешь нас, как мамину вазу. у нас никогда не было доверительных отношений, разговоров по душам, планов на совместный бизнес или обсуждения будущего. мы не делились проблемами, не говорили о девушках и редко просили совет друг у друга. просто иногда создавали выручай-комнату друг для друга.

   она тебя любит.
   помню, как я и иветт пьюси решили сбежать в румынию, чтобы избежать помолвки, навязанной нам нашими семьями. когда я послал тебе сову и попросил остановиться, ты на мое удивление помог мне, а не сдал родителям. и помню, что это было первым, что ты сказал про иветт. действительно ли ты считал, что она меня любила, или уже тогда знал о том, что отнимешь у меня и ее?

   ты шлешь сов с письмами с того момента, как я вернулся в британию. ты пишешь о том, как тебе жаль и что девушка не должна становиться между двумя братьями. ты открыто пишешь о том, что она, по твоему мнению, этого не стоит. и после прочтения каждого твоего письма в моей квартире что-то ломается_разбивается, а я иду на новый прием к психологу, пью больше таблеток, чем обычно, и все чаще представляю, как выпускаю из волшебной палочки пару заклинаний в тебя. ты искренне считаешь, что можешь переспать с моей невестой, и сделать вид, что ничего не произошло? или это твоя очередная игра - делать вид, что произошедшее - всего лишь пустяк?

    она.
    маленькая девочка, которая всегда поражала меня своей решительностью.

   и, если я с детства пытался быть хорошим сыном, оправдать чьи-то ожидания и ощущал свою ненужность, ты погибала от излишней опеки. тебе хотелось бежать от внимания родителей, от пустяковых волнений и беспокойств и хотелось быть свободнее от семьи. думаю, уже в одиннадцать, отправляясь первый раз в красном вагоне в замок, ты уже знала, что выпорхнешь из семейного гнезда при первой возможности. но не так, как они захотят. не ради брака с состоятельным пареньком из другой чистокровной семейки.

   и ты все делала назло.
   и ты следовала моему примеру. и играла по моим правилам.

   они ненавидели квиддич. и ты при первой возможности пошла на пробы в сборную факультета, и попала в эту сборную. и каждый раз на каникулах ты уперто делилась впечатлениями от матчей, а твоя комната была оклеена плакатами разных звезд квиддича. они не любили гермиону грейнджер. и ты каждый раз за столом поднимала тему политики, обсуждала грейнджер, никогда не критикуя ее.

   если ты сбежишь, я сбегу.

   помню твою реакцию на мое решение покинуть британию, стоило мне тебе о нем сообщить. тебе еще предстояло учиться в школе, и многое могло поменяться, но тогда, в пятнадцать, ты уже четко решила: раз бросил вызов я - на то же самое пойдешь и ты. тебе повезло заниматься любимым делом больше, чем мне, потому то я оказался списан для квиддича после падения с метлы на седьмом курсе. а для тебя судьбоносным звеном в карьере стал мой крестный и друг нашего отца, забини, в команде которой ты стала играть.
   помнишь, какие доводы они преподносили друг другу в столовой родительского дома, и как тряслись домовые эльфы, когда отец повышал голос на своего друга? помнишь, как ты ликовала, когда рассказывала мне при помощи камина о том, что добилась своего, и через пару недель едешь на сборы с командой? и как была готова взорваться от счастья, когда я приехал на один из ваших матчей?

   в нашей семье не приняты нежности и какие-либо проявления чувств.
   но я готов тебя поддержать. и, пожалуй, ты единственный человек, с которым рядом я уверен, что люблю.

факты.

# нэйт выпускник слизерин, эстер выпускница хаффлпафф;
# нэйт никогда в жизни не сидел на метле, не ходит на матчи по квиддичу, не любит квиддич;
# в числе наших многомиллиардных родственников - нотты, самые близкие друзья семьи - забини;
# эстер дали имя в честь бабушки по линии отца;
# наш отец [ноа фоули i] исполняет обязанности главы больницы святого мунго, скоро полноценно получит данный пост; наша мать [миллисента булстроуд] исполняет обязанности жены, домохозяйки и светской дамы;
# наша семья одна из тех чистокровных, кто еще поддерживает традиции расчетных браков с целью повышения своего статуса в обществе себеподобных;
# наше семейство не относилось и никак не относится к пожирателям смерти [!]


дополнительно ;
на все вопросы отвечу в гостевой
расскажу // покажу // помогу во всем
в подробностях расскажу о ноа и о его видении семейства фоулей
внешности менябельны, но только обсудите со мной, чтобы мы могли придти к компромиссу
род занятий и факультеты не менябельны

пробный пост

звук в вагоне очень ритмичный. такой же ритмичный, как покачивание поезда на монорельсах, которое едва ли можно ощутить. удивительно, капитолий готов выкладывать горы денег для того, чтобы детишки из разных дистриктов перед смертью насладились комфортом и посмотрели, как много может дать капитолий, какой благосостоятельный панем. но не все они и не их семьи. большая часть трибутов каждый год были из нищих семей. из тех нищих семей, где родители почему-то в отсутствие денег заводили еще детей, и даже труд этих детей на производстве не мог восполнить траты на их жизнь.
   
   увидеть капитолий - и умереть.
   нас было сложно удивить подобием роскоши, предоставляемой трибутам. в плане финансового обеспечения второй был самым зажиточным, давняя война уничтожила один дистрикт, погрузила в нищету большинство других, и подарила высокий статус второму. удивительно, какими разными сторонами медали может обернуться для разных людей одно и то же событие. раньше мне иногда приходила в голову мысль о том, был бы я таким же, если бы рос в другом районе, более отдаленном? выбила бы жизнь там из меня всю мою спесь и всю мою самоуверенность? научился бы я относиться к жизни по-другому, а не как к голодным играм, где я один из главных претендентов на успех?

   какой была бы моя жизнь в таком случае? после окончания школы я занимался своей физической подготовкой в тренировочных центрах миротворцев, в без сомнения лучших тренировочных центрах панема. там же находились склады с оружием и их производство. какое-то время это считалось секретом, и все до сих пор делают вид, что не понимают, что скрывает в своих недрах второй, хотя на самом деле прекрасно понимают - с нами лучше не шутить. наш дистрикт обеспечивал оружием миротворцев, а также готовил снаряжение для игр. поэтому, привыкнув вытачивать оружие из металлов, люди здесь привыкли вытачивать оружие из своих детей.

   выходит, я - оружие в руках второго?

   немного бракованное, если так. по моему телу много шрамов, в основном на предплечьях рук, от кистей до локтей. они уже давно зажили и не болят, и заслуживал я их самостоятельно, моя нерасторопность была тому виной. каждый из этих шрамов заставлял меня становиться лучше дял себя, был моим стимулом. то, что я сейчас такой, было результатом пота, труда, боли и крови. но это того стоило. так я вымещал злость, разочарование, обиды - выплескивал все свои негативные эмоции. мне были чужды переживания любовного фронта, и иногда мне казалось, что я просто неспособен на хотя бы подобие любви.

   отец всегда говорил мне, что подобные чувства - человеческая слабость. я не мог себе позволить быть слабаком хоть в чем-то, ведь это означало не оправдать себя перед самим же собой, а еще перед единственным человеком, которого я уважал - перед отцом. порой меня удивляло, как у человека с такими взглядами, как мой отец, вообще появилась семья. а еще больше иногда удивляло, как я становлюсь похожим на него. мыслю жестче, циничнее и равнодушнее, чем многие другие из нашего же дистрикта. где-то был я, а где-то во мне было влияние моего отца. или так я оправдываю свою жестокость?

   закрываю глаза, потираю пальцами веки на закрытых глазах.

   я- профи.
   я- стереотип.

   я знаю, что произойдет завтра.
   брут еще при входе в поезд сказал мне о первом и четвертом, но добавил, что на четвертом не настаивает. значит, он делает уклон на необходимость союза с первым. никогда не понимал, почему мы должны поддерживать этих слабаков, но так было практически каждый год - первый дистрикт редко представлял нам по-настоящему сильных претендентов. в основном они брали хитростью. первый отличался напыщенностью и наигранным лоском. не удивительно для дистрикта по добыче драгоценных камней. но почему нужно брать в союз именно их, оставалось загадкой. иногда в районах вроде седьмого или десятого были сильные физически мужчины, это было в расчет их физического труда. иногда были девушки, которые побеждали из-за тактики и навыка владения маскировкой. все, что знал я - в этом году так не будет, и я перебью их одного за другим. а еще я знал, что, как происходит каждый год, мы заключим союз с первым, пока не настанет час убивать друг друга. помню, как отец приводил в пример то, на что я должен быть готов ради победы - во время одних из игр в конце остались только двое трибутов из второго, которые вели охоту друг на друга почти трое суток, пока один из них не стал победителем. таким должен и я.
   
   я скептик в части союзов. но одному мне будет сложно.
   
   из мыслей меня вытаскивает женский голос. сначала я готов засмеяться в голос, если безмолвная светловолосая решилась заговорить. эта мысль быстро уходит, как только я понимаю, насколько она бредова. фигура маленького роста, темные густые волосы, слишком серьезный взгляд. я слышал про то, что у одного из победителей есть дочь, но не знал даже как она выглядит. как оказалось, мирта выглядела именно так - как подросток от силы лет четырнадцати-пятнадцати подкачанного телосложения и слишком неправдоподобно серьезного выражения лица. она хочет доказать что-то - себе или кому-то? по другим мотивам профи не выходят в добровольцы. они готовы, они не замедлятся ни на секунду прежде, чем выйти на сцену и показать всему панему лицо потенциального победителя. но не выходят.

      я никогда не медлил.

   я всегда действовал и шел вперед. поэтому стратегия была не моим коньком. я не тактик, я всегда где-то впереди мысли. поэтому не было ни минуты колебаний, стоило услышать свое имя. все знали о том, что я выйду. большая часть нашего дистрикта знала меня, и знали о том, что я достаточно крепкий духом, чтобы где-то растеряться или медлить. мое имя не было ударом под дых, болью для меня и мыслями о том, а как же моя семья. это было мыслью о том, что это мой час. и мое время. -в твоем возрасте еще не учат, что слушать чужие разговоры плохо, юная леди?- ухмыляюсь, смотря на внезапно оказавшегося передо мной собеседника. брут предупреждал, что с этой особой нужно быть аккуратнее, какой бы миниатюрной она не казалась, мы делим один дистрикт, а от моих земляков никогда не знаешь, что ожидать. она могла подкинуть фокус в самый неподходящий момент. впрочем, думаю, она также нуждается в нашем союзе, как я.
   как я пока что.

   поднимаюсь со своего кресла у окна и ухожу в середину комнаты, где расположен большой круглый стол и диван. по дороге цепляю початую бутылку, из которой ранее наливала алкоголь безгласая, и пару апельсинов с подноса, один из которых протягиваю мирте. многие считают, что профи высмеивают окружающих. они даже не догадываются, что профи высмеивают еще и себя. и друг друга.

   но не позволяют такой роскоши больше никому.

   -присаживайся, - я киваю на обивку дивана слева от меня, включаю экран телевизора, сделав громкость практически минимальной, поскольку пока что церемония сегодняшней жатвы мне не интересна, а посмотреть на жертвенников я успею и позже. -делать выводы о том, кого и когда перебьем - рано. мы их не видели, порой не знаешь, кто подкинет сюрприз. но тебя я оставлю на десерт, обещаю, - ухмыляюсь, при этом моя ухмылка не похожа на оскал, как это было раньше. брут будет доволен, что ему не приходится нас представлять и знакомить, и что мы не сидим без дела. по телевизору мелькают лица трибутов. на экране крепкий темнокожий парень из одиннадцатого. по его телосложению видно, что он может похвастаться физической подготовкой и выносливостью, но не вследствие тренировок, как я. -взял бы его в команду вместо выскочек из первого.

0

8

альпин мальсибер , двадцать пять
единокровная сестра
https://funkyimg.com/i/2Uo59.png
[ gina alice stiebitz ]

дата рождения , место ;
февраль 1998; шеффилд, графство саут-йоркшир

лояльность ;
ваш выбор

деятельность ;
флорист в мире не-магов? [в большинстве своем остается на ваш выбор]

чистота крови ;
полукровка

альпин смотрит на горизонт — там мечты рассыпаются осколками реальности, что давит на плечи холодом и пустотой. альпин смотрит на мокрую землю под ногами и задерживает дыхание — ошибка. альпин смотрит в глаза орната — у нас нет ничего общего, кроме фамилии — и на тонкую усмешку, что горьким сожалением и железом на языке. у альпин волосы цвета заката, у альпин тонкие нити шрамов на пальцах, у альпин в голове лишь одно желание — быть обычным человеком. она обхватывает запястье, где картой звездного неба — синие лепестки, как отголосок недавней боли; она морщится при каждом слове, что в груди — неритмичным бегом, а на щеках — алыми пятнами. — ты — случайность, результат ошибочной связи с маглой. у нее ураган в глазах, который в секунду — штиль.

альпин выводит аккуратные линии на листах, читает новости в ленте и греет руки о чашку с горячим чаем. альпин заплетает волосы в косы, слушает тишину и смотрит на угасающие огоньки фар проезжающих машин. у орната — руки сильные, пальцы впиваются в кожу — отпечатками и жжением. у орната слова — льдом атлантики, с головой и на дно. орнат закрывает глаза — снова слезящиеся — и старается расслабить руку, что судорогой впилась в ворот рубашки [будто и не своя] — ты не принадлежишь себе, орнат? у альпин слова тоже могут обжигать.

она делает шаг вперед — пропасть? нет, крутой поворот.

она зажимает рот ладонями — отчаяние остается холодом в груди.

альпин разводит руки в стороны: под ногами песок, впереди — необъятный океан, а в легкие — свобода. у нее в сердце — любовь, что метелью вместе с грустью; у орната в ответ — взгляд, что грозой над головой, безразличие, стекающее талой водой по оконному стеклу. альпин упрямо сжимает губы, альпин — пальцами в волосы; отчаянно цепляется за медленно угасающую надежду.


дополнительно ;
подробнее отношения обсудим лично; персонаж во многих аспектах остается на вас [ее полноценные биография и характер], так как детские годы альпин и орната совсем друг от друга не зависят. для начала спишемся в лс, а дальше посмотрим, как оно пойдет.

пробный пост

случайный поворот головы - пара фраз, брошенных впопыхах давно знакомыми людьми. галстук привычно обхватывает шею, однако, сильнее, чем обычно. в руках - книги под авторством известных в определенных кругах людей, в глазах - ожидание семинара и его же скорейшего окончания. быстрее начнешь, быстрее закончишь. утро встретило тишиной пустующих комнат, солнцем, что предпочло в такой день скорее скрыться за облаками, ненужным потоком новостей и несколькими пропущенными на телефоне. все - буднично и совершенно не заслуживает пристального внимания. в чашке - привычный холодный зеленый чай, на голове - беспорядок как совершенно никому незнакомая часть ханса вайса. в голове - ворох разных «если» и «почему», которые лишь усиливают ноющее чувство в груди, не покидающее сознание далеко не первый день. ханс смотрит вперед, где солнце закатом до земли, ханс выдыхает и слегка кивает головой - каждому, кто прошел мимо. ханс никогда не пожимает протянутую руку. сотни мелочей, составляющих единую личность.

в коридорах - как никогда многолюдно, голова - гудит как улей. ханс на секунду прикрывает глаза, раздраженно касаясь переносицы самыми кончиками пальцев - хмурится. настойчивая мысль с сожалением о забытой бутылке воды, что так и осталась в холодильнике, в папке - необходимые документы и подготовленная заранее речь, которая все также, из года в год никому не интересна. кто-то окликает по имени - обернуться, чтобы в следующую секунду получить болезненный тычок по плечу. ханс не любит многолюдные места. у него в мыслях выстраиваются сотни предположений, что будет в следующую минуту, пока на лице - доброжелательная улыбка, смягчающая каждое слово, произнесенное, увы, без должного на то уважения. в стороне знакомый голос - глаза в минуту находят нужного человека. на мгновение дыхание перехватывает, чтобы в ту же секунду напомнить обо всем, что случилось не так давно, а после - пламенем в груди чувства, что так и не удалось заглушить за все прошедшие дни. - обида? в голове набатом - профнепригоден? в руке ручка - тихим треском и неожиданной болью, что красными каплями по коже. рядом судорожный вздох - я могу вам чем-то помочь? ханс морщится, больше не смотрит в ту сторону, мимолетным взглядом - по женщине рядом и легкое покачивание головой. - не стоит, доктор фрузе. ничего серьезного не случилось.

холодная вода до онемения по коже, жжение, что с каждой секундой отступало и мысль - за неделю до конца точно не заживет. ханс проводит мокрой рукой по лицу - опустошение, не оставляющее ни на минуту. в душе - ливень, перед глазами - белое золото волос, но на деле - лишь тишина и сумрак, что не разбавит вновь включенная лампочка. ханс сжимает губы - прошлое любит открывать глаза на то, что изначально не замечал. ханс расстегивает верхние пуговицы - воздуха не хватает, а на сетчатке давно отпечаталось - скальпель и перчатки, что минутой становятся красными. у ханса каждый чертов день состоит из одних и тех же действий, он знает, что делает и как делает, но один обвиняющий взгляд, - дорогой ему взгляд - и уверенность разбивается о слова, возвращающие в действительность. - ты действительно сделал все, что мог? ханс уверен, что да, - ханс не помнит всех деталей. рядом копошится местная медсестра - совсем молоденькая девочка, перебирая каждому знакомые флакончики. в одной руке - белый бинт, пока другая пытается открыть заветную крышку. ханс смотрит на слегка дрожащие пальцы - который месяц вы здесь работаете? ее глаза - полная эмоций заводь, где смятение - одно из целого букета. - седьмой. ханс протягивает вперед руку - не пострадавшую, кивает на вещи, что она сжимает с таким усердием. - давайте, я закончу все сам. но в ответ - негодование, что быстро смешалось с уверенностью в своих силах. - нет, это моя работа. и довольно резво обхватила его руку, выполняя доведенные до автоматизма действия. ханс вздыхает, губы складываются в легкую улыбку, давно ли и он сам был таким? давно. взгляд на темные волосы и сосредоточенные на одном месте глаза - да, это ваша работа. и в ту минуту ханс думает, что у нее в будущем все сложится более чем хорошо.

быстрый шаг, впереди - аудитория, где, наверняка, уже не первому и даже не второму человеку давали слово. ханс поправляет рукава, кидает взгляд на бейджик и уверенно тянет за ручку, тут же замечая несколько заинтересованных глаз. у кого-то - приветственная улыбка на губах, по левую сторону - один из знакомых, рядом с которым и табличка ханса. рихард что-то старательно записывает в блокнот и совсем не обращает внимания на неожиданно появившегося соседа. перед собой - папка с документами, которые после еще предстоит обсудить не с последними людьми их общества, правая рука забинтована так, что и ручку сжать - успех. ханс думает, что лучше бы сейчас быть на рабочем месте, держать в руках скальпель и не слушать монотонные голоса, перемешивающиеся с шуршанием бумаги. ханс задается вопросом - зачем он снова принимает в этом участие? показать заинтересованность продвижением вперед? или просто стать частью чего-то? кажется, что и то, и то в корне неверно.

ровный голос, прямой взгляд - ханс давно не волнуется перед выступлением на публику. слова дополняют друг друга, образовывают единую мысль, которая уже несколько дней - почти наизусть. ханс благодарит за внимание, правую руку - в карман, подальше от любопытных глаз, что цепко - за каждым движением. рихард - к сожалению - отвлекается от своих записей, что-то воодушевленно рассказывает шепотом, словно думает, что хансу есть до всего этого дело. на телефоне - сообщение со словами об ухудшении состояния одного из пациентов; взгляд на наручные часы - сколько еще это будет продолжаться? неопределенный ответ рихарду и мысли с предположениями, когда именно он войдет в двери родной клиники. ханс легко надавливает на глазные яблоки - мушки перед глазами любят появляться в неподходящий момент; ханс кидает взгляд в сторону и сводит брови к переносице. глаза в глаза - у нее там редкие солнечные блики - на секунду, но и того хватает, чтобы в груди - быстрым биением и волнением, что наверняка останется с хансом до конца этого удивительно длинного дня.

0

9

http://s8.uploads.ru/WOv0N.png

0

10

http://sg.uploads.ru/GR10X.png

0

11

Джордж Уизли , 45 лет
самый лучший в мире батя!
https://i.imgur.com/qnJSMih.gif
[ Kristofer Hivju ]

дата рождения , место ;
Оттери-Сент-Кэчпоул, 1 апреля 1978 года

лояльность ;
верен семье и считает, что время само все расставит по местам (но маггловские штуки в своем бизнесе активно использует)

деятельность ;
Совладелец магазина приколов Weasleys' Wizard Wheezes

чистота крови ;
чистокровен

Он готовил завтрак по привычке на двоих, но вторая порция оставалась нетронутой, и тогда он съедал её на ужин, который по привычке никогда не готовил.   
Он всегда умел радоваться мелочам и теперь мрачно шутит, что его жизнь состоит из одной только радости – ведь когда самого главного в ней уже нет, остаются только мелочи.
Он смотрелся в зеркало всегда только правой стороной, потому что там было проще поверить в то, что он всё-таки не один. В зеркале Еиналеж он бы видел самого себя, вот только уха у него – два.

Кажется, в зеркале Еиналеж Джордж видит не себя. Кажется, для него теперь любое зеркало – Еиналеж.

***

Джордж так никогда и не пришёл в себя после смерти своего близнеца. Пытаясь жить дальше, он совершил много ошибок: он женился на Джонсон, он назвал внезапно белокожего и рыжего сына Фредом, он до сих пор готовит завтрак на двоих – кажется, он женился на Джонсон, чтобы кто-то съедал вторую порцию и взамен готовил ему ужин.
Джордж, безусловно, видит, как многие стараются найти в его сыне Фреда-старшего. Видит, но ему самому так плохо и так больно, что он не знает, как помочь сыну, не имеет сил это сделать. Он просто старается поступать теперь правильно – и если развестись с Анжелиной и снова есть холодный завтрак на ужин даётся ему просто, то двое детей не рассосутся так же просто, как и появились.
Удивительно – но после развода с Джонсон он наконец-то вспомнил, что он когда-то нашёл в этой стальной девчонке, способной сломать противнику нос за победу. Любовь не вспыхнула вновь, но из-под обломков семейной жизни внезапно снова проклюнулась дружба. 
Джордж безмерно любит сына и позволяет ему буквально всё – набивать свои шишки и получать по рогам в том числе. Он позволяет ему быть другим, не таким, не как он, - гордится сыном-когтевранцем, гордится каждым его «превосходно» и машет рукой после каждого «отвратительно», потому что
- они должны были поставить тебе «выше ожидаемого» уже хотя бы за то, что ты пришёл…
Джордж не ждёт, что кто-то поставит «выше ожидаемого» ему за то, что он тоже придёт – в самого себя. Он не придёт. Его последняя оценка – «отвратительно». Всё, что ему остаётся, это надеяться, что хотя бы с отцовством он справился.
И, кажется, он с ним правда справился. Потому что знает все тайны своего сына, все его страхи, загоны, проблемы… знает всё, и не осуждает, не поучает, но молча обнимает, улыбается и принимает Фреда таким, какой он есть. Принимает его своим сыном, а не отражением в Еиналеж, которое навсегда останется лишь отражением.


дополнительно ;
Отец, приходи. Тебя ждёт твой самый лучший в мире сын.

пробный пост

Регулус отстранённо вслушивался в перестук колёс, глядя за окно. В последние месяцы чёрная дыра в его груди становилась всё больше, всё заметнее. Она терзала его день и ночь, выдёргивала его тревожным напряжением из глубин сна, а после сутками не давала заснуть. Дома Регулус рисовал дни напролёт, раздражённо сбрасывал изрисованные пергаменты со стола и приказывал Кричеру спрятать их так далеко, как он только может, чтобы ни одна живая душа не нашла эти безумные в своей реалистичности портреты.
Он рисовал одно и то же лицо раз за разом, а после, измученный тоской и бесплодным ожиданием, падал в постель и забывался на несколько коротких часов. Несколько дней назад он впервые за много недель спустился из своей комнаты утром, а не вечером после сотой просьбы, и успел увидеть, как матушка выжигает с гобелена то лицо, которое он рисовал днём и ночью.
Регулусу показалось, что Вальбурга выжгла не часть гобелена, а его собственное сердце. Только мысль о том, что Вальбурга не переживёт подобного предательства от второго сына, заставила его остаться дома до первого сентября. Рег считал часы до прибытия на платформу «девять и три четверти», в надежде хотя бы мельком увидеть старшего брата, но не вышло.
-…и я к нему, значит, повернулся такой и говорю… эм, Регулус? Ты не слушаешь?.. – на лице Уилкиса отразилось непонимание.
- Да. Ты прав, - негромко ответил Регулус после повисшей в купе томительной паузы. – Не слушаю.
Его не интересовало, чем там Эван занимался на своих летних каникулах. Не интересовало, какую острую фразочку породил Уилкис в ответ на… на что он там отвечал?.. Один Мальсибер молчал, и Регулус бы ему был за это благодарен, если б ему было до них всех какое-то дело.
- Душно, - ещё глуше, ещё тише.
Рег поднялся и вышел из своего купе. Он хотел побыть в одиночестве. В тишине. Просто стоять и слушать перестук колёс. Терзаться мыслями о том, приедет ли Сириус в Хогвартс или же он решил, что может не возвращаться туда? Нет, нет. Своих друзей он не бросит. А друзьям родители не позволят бросить Хогвартс.
Даже думать об этом было невыносимо.
- Ты в туалет? – Уилкис решил увязаться следом. – Я с тобой.
Регулус подавил раздражение. Уилкис всё-таки не виноват, что родители не обучили его, как вести себя в приличном обществе. Зато амбиций у него было хоть отбавляй.
Ничего не ответив, Рег двинулся дальше по вагону, словно бы и не услышал сокурсника. Посторонился, давая проехать мимо тележке со сладостями, и шагнул было вперёд, но тут дверь одного из купе открылась, и на пороге объявился Сириус.
На мгновение Регулусу показалось, что ему выбили почву из-под ног. На мгновение на его лице одна за другой отобразились множество эмоций – облегчение, тоска, радость, волнение, непонимание, обида – на мгновение маска разбилась.
Но лишь на мгновение. А после бушующий океан чувств вновь покрылся льдом, надёжно укрываясь от чужих взоров. Лишь расширившиеся зрачки всё никак не приходили в норму.

0

12

http://sd.uploads.ru/4EGML.gif

0

13

https://funkyimg.com/i/2Wdpx.png

0

14

люси , около сорока
дальняя кузина
https://69.media.tumblr.com/fa277dc22f4eb23161214ba06845ecb5/tumblr_inline_pfue9juYgv1vrb66e_400.gifhttps://69.media.tumblr.com/bd0c8feb9886bd1d50493fb04b929f1a/tumblr_inline_pfue8qzmKL1vrb66e_400.gif
[ amy adams ]

дата рождения , место ;
'83-86, великобритания

лояльность ;
нечто между

деятельность ;
журналистка

чистота крови ;
полукровна/маглорождёна

[indent] кружится карусель – она всегда была умнее всех.
люси – лиса из фольклорных сказок.
она не премудрая, не прекрасная – сплошное отрицание – жизни, света, идеалов. она выучилась у судьбы [та ещё дрянь], как ходить, говорить, улыбаться, поворачиваться, выживать. как получать желаемое. [если бы ещё понимать, что желаешь.]
в её палитре мириады красных оттенков – волосы, глаза, губы, руки – всё заливается алым – чужое-чужое-не её. она фыркает, встряхивает волосы, что тянут назад не шёлком, тонной прожитого – проклятье – лучше не запоминать. вчера не существует. вчера сгнило. ей не нравится сырость, будто живёшь в сарае у болота – сырое мясо неприятно ощущается даже в руках.

– какого хера?
– сюрприз, любовь моя. ну, может обнимаешь?
– пошла нахуй и дверь прикрой.
 

[indent] люси смеётся – он отворачивается.
[indent] в голове ветер – только показуха – умным быть немодно, непрактично, уныло. дуракам везёт, а дур подвозят на чёрных немцах с кожаной обивкой. под пальцами приятных холодок. она всё ещё чувствует себя в роскоши чужой, как воровка [недостойная даже мало доли того, что имеет].
красота бежит по сосудам, делает живой – эстетика даёт возможность дышать. ей нравится смотреть, ощущать каждой клеткой тела окружающее прекрасное. она смотрит на себя – и не видит ничего. не пустота, а чёрная дыра – уничтожает всё, что приближается слишком близко. [не подходи – убьёт.] искусственность так и прёт – вешалка для одежды.

– я знаю, что это ты, братец.
– мы не родственники.
– как скажешь.
 

[indent] выживание – цель существования, вечный бег. вечная игра – попробуй догони. она слышит свой голос – не узнаёт его. смотрит на отражение – не узнаёт его. она не знает себя. она не знает, кто такая настоящая лиса – лесная девочка, которой всего чуть-чуть не хватило заботы, или озлобившаяся тварь, что ударяет в спину?

– зачем ты приехала, люси?
– оу, теперь мы зовём друг друга по имени? соскучилась. да и ещё такая движуха началась. терроризм! 
– ты можешь снять себе другую квартиру.
– зачем, если у меня есть любимый кузен, который всегда рад меня видеть!
 

[indent] он смотрит на неё с ненавистью, пытаясь испепелить взглядом, а она всё смеётся – точно чокнутая. сценарий потерян, режиссёр умер, а актриса всё ещё играет на, разваливающейся под ногами, сцене – вот-вот, и провалится вниз. съёмочный павильон в огне – она найдёт новый, был бы зритель. это не притворство, не лицемерие – это неумение сидеть на месте, жажда эмоций и ощущений.
люси бежит от всех правил, запретов и норм – сидеть в клетке ей не по нраву. цель – вторична, главное процесс – никогда не останавливайся, не оглядывайся – загрызут.
азарт вбрасывает адреналин, пульс увеличивается – она придумывает новое приключение на выходные. люси интересно, что будет дальше.
она хочет верить, что хотя бы доля её эмоций – искренность. [что это вообще значит?] не добрая, не злая – просто никакая. актриса второго плана – ей нужен кто-то, чтобы играться. в одиночестве – невесело. невозможно получить радость победы, когда обыгрываешь сам себя.
[indent] в глазах вечная жажда, которую не утолить.


дополнительно ;
1. сложно, сумбурно, но в паре фраз: мой персонаж - лидер террористической организации vox, скрывающий свою личность. люси - кузина, недавно приехавшая в лондон и решившая поселиться вместе с ним. большую часть времени - мой персонаж тихо терпит люси.
2. люси не может наверняка знать, кто лидер vox, только догадываться. на прямые вопросы ответа она не получает.
3. вы можете крутить/меня её как вам нравится. прообразом была лиса из славянского фольклора.

пробный пост

лихолетье трисс меригольд не закончится никогда.
она бежала от войны – и пришла в самое её пекло. новиград должен был стать для неё райским местом, мирным оплотом среди рушащегося мира, куда стекаются все существа в поисках прекрасной жизни и тихой гавани. но мечта обернулась кошмаром – и трисс упивается вином в шумной таверне.
женщина из-за стойки смотрит на неё с отвращением и запрещает своему сыну к  ней приближаться. проклятая, отравленная, заразная – трисс даже не пытается её перебудить.

к чему она пришла? прячется, как беглая преступница, натягивает капюшон накидки сильнее, до кончика носа, выходя на улицу. она видит своё лицо на пожелтевших листах – ей противно. то ли от факта охоты на ведьм, то ли от самой себя – оба варианта релевантные.

не лучше шлюхи – шипит, сидящий напротив неё, проспиртованный мужик с шумом ударяя по столу кулаком так, что тарелки звенят, ударяясь друг о друга. отвратительно. всё это угнетает, раздражает, выводит из себя, нервирует, заставляет подниматься в горле горький клубок. трисс чувствует себя отвратительной – грязной, пустой, падшей.

трисс каждый день слышит истории о притеснении чародеев. каждый день видит на своём пороге девушек, которым нужна помощь – и не может отказать. потому что именно из-за этого она здесь. потому что это показывает – она кому-то жизненно необходима.
чувство собственной значимости загорается в меригольд живительным пламенем.

чужая кровь застилает глаза, пачкает руки. она трёт их мылом, сдирает кожу, но ничего не помогает. эта грязь на ней. она впиталась и смешалась с её собственной кровью. хоть принимай дезинфицирующее внутрь – не поможет. мази, снадобья, чаи – помогают всем, но ней ей. кисарю кесарево – трисс только страдания.
она должна помогать, она же добрая. она же пообещала. [кому?]
они, те кто слабые, приходят к ней, как к спасению, говорят, просят, молят – она, та кто сильная, утешает, лечит, успокаивает. улыбается – хлопок двери – разбивается.
[indent] трисс падет на пол.
[indent]  [indent] падает на колени.
[indent]  [indent] падает на дно.
разбивается в кровь – больно. боль — это хорошо. это значит – живая, ещё может чувствовать.

она всё ещё в новиграде, пока хоть одной чародейке нужна её помощь.
благодушная трисс меригольд помогает всем и каждому. но не в силах помочь себе.
трисс меригольд – трусиха, которая не умеет справляться с собственными трудностями.

помощь-помощь-помощь – в голове не звоночки, а барабанная дробь. она не даёт спать – у трисс усталость хроническая, да и спать уж становится страшно.
страшно, что она прислушивается к каждому шороху.
страшно, что уснуть толком не получается.
страшно, что не проснётся.
страшно, что она понимает – этому не будет конца.

она кричит.
она недостойна.
она не справляется.
трисс меригольд проклята самой смертью, избранная ей же. слабая девочка, которая почему-то считает себя героем. [эта сага не про тебя, чародейка.]

трисс меригольд противна сама себя.
у трисс нет больших зеркал. только маленькие, в которых она может рассмотреть исключительно своё лицо. она и по дому ходит в закрытых одеждах с воротом под горло – удушающее одеяние. кривится – этот мир душит её каждое мгновенье. обугленные лёгкие не принимают кислород – ей всё время жарко, она горит на костре собственных страхов. ей душно. ей нечем дышать. [найди повод, чтобы сделать вдох.]
трисс меригольд никогда не смирится со своим уродством. ей больше никогда себя не полюбить. она закрывает глаза, когда раздевается перед кем-то [когда она последний раз была не одна?] – приходится накладывать чары, стать идеальной иллюзией. за покровом магии – ужасающие запекшиеся шрамы, что не только на коже, но и внутри – трисс разодранная, дефектная, уродливая.

но зрячая.
из её рук выпадает склянка с мазью и катится под стол – медленно и с таким шумом в тишине комнаты, что хочется закрыть уши.
трисс может – она впивается глазами в черты лица филиппы – острые, резкие, с врождённой гордостью и статностью. трисс такого не добиться никогда – она мягкая, пластичная под чужим взглядом, кости переломанные, связки разорваны – собери её сам, как тебе захочется.
ей не комфортно. ей почти страшно. она так хотела сбежать от этого.

холодно? по щекам катятся слёзы – она дёргается, чтобы смахнуть их и прикусывает губы, прокусывая – вкус собственной крови приятен. она не боится своей слабость – признаёт её. но филиппа смотрит смертью – перед смертью не предстало стоять зарёванной.

трисс проиграла свою жизнь давно, как пьяница последний грош в карточной игре.

– я готова бы идти за тобой, филиппа. но ради чего? опять кровь, убийства, интриги. – трисс старается изо всех сил не надрывать голос. трисс – сильная, когда нужно. [но нужно ли сейчас?] – я нужна здесь. ты мыслишь глобально, а я слышу каждого. в новиграде нужна моя помощь. – она прячет свои глаза [какая разница – филиппе всё равно.], комкает длинную юбку, чтобы не впиваться ногтями в ладони.
филиппа – хищник, которому легко почует кровь.
трисс – добыча, которой уже некуда бежать.
– их много. тех, кто не в состоянии защитить себя сам. [меригольд, а кто защитит тебя?] считай меня безмозглой и наивной, у меня своя правда.

филиппа – монументальна. трисс смотри на чёрный кудри – застывшая гарь; на пустоту глаз – ночной кошмар наяву. голос режет по не затянувшимся ранам – больно-больно-больно.
трисс – переваренные отбросы новиграда. ей бы засмеяться – смотри, филиппа, смотри чем ты ещё можешь, я не сдохла. я не сдалась.
трисс не боится смерти – они с ней подружились на влажной земле холма. она устала от боли.
но если болит, значит – живая? [ирония жизни, меригольд. плата за выживание оказалась очень высока.]

трисс – неумелый ребёнок. ей нужна рука, за которую держаться; спина, за которой стоять; ей нужен патрон – ей нужно, чтобы её кто-то вёл. потому что сама себя она заводит только в вязкое, глубокое болото.
она знает – идти за филиппой – спускаться в ад. там всё в огне инквизиции, крови чародеек, горах холодных мёртвых тел.
трисс просто хочет покоя, но не знает, как в нём жить.

идти за филиппой – идти под венец дьявола. но трисс и так в аду, ей не должно быть страшно.
ей бы вложить себя орудием в её руки – делай, что хочешь [только дай мне повод жить.]
трисс смотрит ночному кошмару в глаза и видит себя.
ей хочется умыться.

0

15

сергей столыпин, 16
лучший друг
https://funkyimg.com/i/2VDX8.gif https://funkyimg.com/i/2VDXk.gif https://funkyimg.com/i/2VDX9.gif
[ artyom shatokhin. ]

дата рождения , место ;
две тысячи седьмой, петербург;

лояльность ;
безразличен к политике;

деятельность ;
шестой курс рейвенкло;

чистота крови ;
чистокровен;

[indent]ты был первым, с кем я познакомилась в хогвартсе. в первый же день учебы рейвенкло и слизерин отправили на совместное зелеварение, а для меня не нашлось пары с моего факультета. два хмурых взгляда исподлобья пересеклись, но поиграть в гляделки не удалось из-за преподавателя. я шипела, когда ты из-за своей неловкости рассыпал [float=right]« - сергей? что за дурацкое имя?
- серьезно? меня спрашивает об этом юдифь?
»
[/float]на меня иглы дикобраза. ты - ругался по-русски, когда я, кромсая корень мандрагоры, умудрилась опрокинуть на тебя недоваренное зелье взрыва. первый семестр мы ненавидели друг друга. во втором семестре мы снова работали вместе. оказалось, ты не подружился ни с кем на своем факультете. а я уже успела поругаться с половиной своего. ты казался мне меньшей из зол. я, вероятно, для тебя тоже была предпочтительнее заучек, которые навязчиво хотели затащить тебя в свой кружок очкариков. ты, конечно, был очень умным, но на этом ваши схожести заканчивались. тебе уже тогда было скучно проводить все время за книжками, но наша пара была лучшей в классе.
[indent]вечно скучающее выражение твоего лица отлично сочетается с моим презрительным. ты знаешь ответ почти на любой вопрос преподавателя, но я ни разу не видела, чтобы ты делал уроки. [float=left]это не серёга грустный
это - язык такой суровый русский
[/float]в библиотеке ты лениво читаешь книги, иногда засыпая, в то время как остальные судорожно переписывают конспекты и делают пометки на полях. изредка ты участвуешь в каких-то школьных авантюрах, но всегда выходишь сухим из воды. однажды я спросила, как у тебя это получается, но в ответ ты лишь усмехнулся.
[indent]мы пересеклись в лютном. я помогала мистеру шайверетчу в лавке, [float=right]« мне для отца »[/float]а ты пришел к нему за настойкой болиголова. была ли я удивлена, когда двенадцатилетнему мальчишке без лишних вопросов вручили смертельный яд? да. удивилась ли я, увидев тебя еще раз через неделю? нет. твои родители эмигрировали из россии, когда тебе было шесть, и ты не хочешь разговаривать об этом.
[indent]на четвертом курсе все считали нас парой. мы и правда проводили много времени вместе - перемены, выходные, вечера в [float=left]похуизм - тоже стиль[/float]библиотеке. ты вальяжно разлегся на скамье, положив голову мне на колени, пока весь слизерин и рейвенкло наблюдал за напряженной ситуацией на квиддичном поле. но нам не нравится квиддич. точнее, он не нравится мне. тебе же - похуй. когда я злюсь - ты смеешься. а злюсь я на все и всех, кроме тебя. ты заражаешь меня похуизмом, я же приношу в твою жизнь эмоции.
[indent]я узнаю о жизни магглов из-за тебя. ты знаешь о них много из-за работы отца. какой? я не спрашиваю. ты научил меня пользоваться [float=right]мой барыга красивый как кришна[/float]смартфоном, рассказал про интернет и маггловские развлечения в нем. на пятом курсе ребята из слизерина просили меня рассказать, как связаться с тобой. говорят, ты можешь достать ответы на экзамен, траву и прочие запрещенные магические и маггловские вещички. ты запретил мне вникать в это. это был единственный раз, когда я видела тебя злым и серьезным. я не стала возникать, хотя и не поняла, к чему такая забота, если нам двоим дорога в грязные улочки лютного. ты никогда не жалуешься на жизнь, но иногда приходишь ко мне, чтобы выкурить косяк и помолчать.


дополнительно ;
- у сережи, как можно понять из заявки, настроение немного "маригнал-криминал", но при этом я настаиваю на сохранении чистокровности, некой аристократичности и образа в стиле сериала "макмафия";
- подчеркну, что он - мальчик с рейвенкло. пусть в жизни за него выбор сделала семья, но в душе он не змееныш;
- сережа - замечательный друг детства. они с юдифь держались друг за друга с первого курса и продолжают делать это сейчас, несмотря на то, что в жизни у обоих происходит какая-то хуйня;
- жду вас страстно ♥ придумаем и какой-нибудь криминальный сюжет, и личные переживания;
- я буду рада видеть бульвара, но если появятся какие-то другие варианты - выслушаю ♥

пробный пост

[indent]ледяные пальцы нервно комкают край белоснежной салфетки. минутная стрелка часов близится к девяти, а это значит, что сын будет, буквально, через пятнадцать минут. такой же пунктуальный, как и его отец. еще несколько минут и она сможет увидеть его улыбку. гэбриэл не бросится в объятья, не закричит на весь дом о том, что приехал. скорее всего, он тихо войдет в столовую, потому что знает, что мать ждет его именно там. она могла бы стоять у ворот или отчаянно махать из окна, как только его увидит, но это не в их стиле. поэтому миссис нотт сидит за столом, ровно держа спину и судорожно вцепившись в проклятую салфетку.

[indent]каникулы сына - лучшее время в ее жизни. она надеется, что и в его тоже. но лето кончается. в случае с фульвией - даже чуть раньше, когда сын уезжает во францию к прадедушке с прабабушкой. ей приходится отпускать его на несколько недель, но праздничный ужин и последние пару дней августа, проведенные дома, - традиция. на бледном лице появляется слабая улыбка, а глаза становятся влажными. миссис нотт делает глубокий вдох и пытается взять себя в руки. это так просто, когда на тебе маска суровой и сильной женщины, и в тысячи раз сложнее, когда ты ловишь себя на том, что считаешь секунды до приезда ребенка.

их семейное счастье построено на традициях. в лучшем смысле этого слова, совмещающего в себе консервативность и уют.  [float=left]из тех вещей, что я люблю,
я делаю только одну
[/float][indent]у ноттов жизнь четко выверена. нотты гордятся этим. несмотря на жуткий график, теодор все равно посвятит один из дней августа семье. несмотря на завал на работе, фульвия все равно организует ужин. несмотря на непогоду или неполадки каминной связи, гэбриэл все равно приедет в поместье вовремя. так происходит из года в год. это не занудство или формальность. для семьи у ноттов выделено определенное время. время, которое они все очень ждут.

[indent]что случится, если этот порядок нарушится? что будет в следующем году, когда гэбриэл закончит школу? останется ли он в англии или у него какие-то другие планы? дурацкие вопросы мелькают в голове, заставляя растерянно моргать и задерживать дыхание. оказывается, к стабильности привыкаешь достаточно быстро. миссис нотт никогда не думала, что будет грешить этим. люди цепляются за островки понятного и привычного, когда вокруг шторм. у фульвии есть внутренний стержень. об этом ей говорили с самого детства, но прямо сейчас он шатался как молодые яблоневые деревья в саду на ветру. четко продуманная жизнь. рациональные решения. логичные поступки. можно только поаплодировать и порадоваться тому, что ей удалось проворачивать это так долго. почти полсотни лет. нервный смешок вырывается каждый раз, когда фульвия думает о своем возрасте. прямо сейчас он может перейти в истерический смех. кто бы мог подумать, что ее выбьет из колеи через столько ровно прожитых лет.

[indent]у всегда держащей лицо миссис нотт есть одна слабость. о ней знают все, кто общается или работает с ней какое-то время. фульвия всегда держит все под контролем. в чем ее секрет? как ей это удается? просто. она. держит. все. под. контролем. в ее жизни не случается неожиданных событий. а даже если и случается - она уже к ним готова. масштаб контроля примерно такой: в ее черновиках лежат некрологи на всех ныне живущих родственников, в ее банковской ячейке лежат различные суммы на экстренные случаи, а также несколько поддельных документов, которые позволят семье спокойно жить в других странах, в ее сумочке всегда есть несколько противоядий, а ее завещание обновляется каждую неделю. в жизни миссис нотт не бывало случаев, когда что-то шло не так. она не оракул и не гадалка, а просто чертовски осторожная и продуманная волшебница.

[indent]замужество и семейная жизнь также шли по плану. с мужем они договорились обо всем заранее. работа - своя у каждого. один ребенок - а больше и не получится. верность - и это не обсуждается. остальные мелочи решались по ходу дела. как жаль, что подобная схема не работает с детьми. при рождении им не подсунешь брачный контракт с длинным списком условий и нюансов. они могут упасть с метлы, сбежать в соседний лес, получить легкое сотрясение от взрыва в домашней лаборатории и еще тысяча неожиданных ситуаций. [float=right]чтобы те, кого люблю я[/float] самое страшное в родительстве для фульвии - это то, что где-то в мире существует ее часть, которую она не может контролировать, но любит больше, чем все остальные. а самое смешное - то, что гэбриэл ни разу не давал повода беспокоиться. никогда не выводил мать из душевного равновесия. она похерила все сама. и сейчас с ужасом смотрела на приближающуюся к двенадцати стрелку.

[indent]за эти несколько минут миссис нотт так и не решила, стоит ли рассказывать обо всем сыну. есть два варианта развития событий - трусливо промолчать и попытаться сделать вид, что все в порядке, или же все-таки взять себя в руки и сообщить о происходящем. первый вариант плох тем, что фульвия абсолютно не представляет, как врать сыну в лицо. она не делала этого никогда и, если честно, понятия не имеет, как это провернуть. она не сможет просто промолчать, потому что он все поймет. ее мальчик слишком эмпатичен, разумен и догадлив. один пронизывающий взгляд на искусанные губы, скомканную салфетку и бегающие глаза, и он сразу же задаст вопрос. сможет ли она солгать? перевести тему? смогла бы в любом другом случае. но только не с ним.

[indent]второй вариант пугает. своей неизвестностью. неожиданным развитием событий. но в первую очередь тем, что придется его озвучить. жалкие попытки убежать от себя превратились в демонизацию гэбриэла. что за глупая истерика, он точно не отреагирует на эту новость плохо. миссис нотт просто страшно признаться в том, что она не знает, что делать дальше. она не предвидела такой ситуации. она не готова. фульвия нотт впервые чувствует себя слабой и ничтожной. и последний человек, в глазах которого она боится показаться такой, - ее сын.

[indent]часы пробивают семь вечера. из-за резкого звука рука вздрагивает, и салфетка летит на пол. миссис нотт резко поднимается со своего места и, замерев, смотрит в сторону двери столовой. - как ты добрался? - из-за переживаний правила приличия отходят на второй план, и она даже забывает поздороваться. - как франция? какие новости от бабушки с дедушкой? - фульвии правда интересно, как прошли его каникулы, но сейчас в ее глазах все вопросы выглядят как жалкая попытка оттянуть момент серьезного разговора. - отца сегодня не будет, но он обещал, что завтра проведет весь день с нами. ты голоден?

[indent] и вот попытка держать себя в руках проваливается, потому что глаза наполняются слезами. ее потряхивает от нервов и распирает от эмоций. они слишком сильные. как, впрочем, каждый раз, когда речь заходит о сыне. а прямо сейчас он стоит прямо перед ней.  [float=left]могли делать и иметь то,
что любят они
[/float]такой серьезный. такой взрослый. идеальный? по ее мнению - да. он достоин всего, что у него есть - слизеринского галстука, значка старосты хогвартса, фамилии и всех регалий ноттов. а еще ему безумно идет их семейный угрюмый взгляд. он чертовски хорош всегда и во всем, и, кажется, это даже не их с мужем заслуга. сможет ли она в таком состоянии ему соответствовать? сомнительно. разочарует ли она его? возможно. есть ли смысл попытаться удержать лицо? скорее всего, нет.

0

16

примроуз , 18
подруга дней моих суровых
http://sd.uploads.ru/2E17Y.png http://sg.uploads.ru/ROPCV.png http://s5.uploads.ru/cRCxn.png
[ i don't care ]

дата рождения , место ;
XX.XX.2005, англия

лояльность ;
?

деятельность ;
официантка в пабе «дырявый котел»

чистота крови ;
?

«впервые в жизни джек столкнулся лицом к лицу с примроуз в школьном коридоре, когда та под звонкое улюлюканье сокурсников вылетела из класса, чуть было не сбив его с ног. профессор не оценил ярко-красную помаду студентки и велел ей идти умываться, а затем вернуться назад, однако гордая слизеринка была другого мнения о своем макияже. да и уроки зельеварения, знаете ли, ей не так уж и сильно нравились».


на протяжении всей своей жизни в хогвартсе юной примроуз так и не удалось затмить собой луну, но зато у нее мастерски получалось собирать вокруг себя самый разнообразный космический мусор. подобно магниту она притягивала к себе козлов и неудачников, в число которых, в конечном итоге, попал и джек. предвкушая очередную скучную игру в кошки-мышки, прим и не думала, что их общение продлится дольше хотя бы двух недель. общением, кстати, назвать это было сложно, потому что практически каждый диалог набирал обороты в считанные минуты, превращаясь в ожесточенную перепалку.

сходив пару раз с ним в кафе флориана фортескью, примроуз, уже тогда довольно неплохо разбирающаяся в мужской психологии, никак не могла понять, к чему это все идет. беллами не отпускал сальных шуточек, как все ее предыдущие кавалеры, не распускал свои руки, когда они оставались наедине. подобное повторялось раз за разом, и прим пришла к неутешительному выводу: «этот олух с гриффиндора набивается мне в друзья». правда же оказалось еще более жестокой, ведь джек не искал себе в ней подругу.

ему попросту было скучно.

со временем смирившись с положением вещей, прим решила продемонстрировать беллами свою бунтарскую натуру во всей красе и устроить ему краш-тест. результаты влияли на то, будет ли она дальше с ним возиться. пройдя огонь, воду, медные трубы и запретный лес, джек таки удостоился звания друга. стараться ради этого ему не пришлось, ведь на деле примроуз сама не хотела с ним окончательно распрощаться. как выяснилось, плеваться ядом в разы проще, чем признаться самой себе в симпатии к аутисту.

аутистом беллами, кстати, не был, однако прим порой любила поиграть в психотерапевта. старательно пытаясь пробраться вглубь сознания джека, она сталкивалась там лишь с высоким забором, обвитым колючей проволокой. он давал ей знать о себе ровно столько, сколько хотел сам, а она могла растрещать все тайны своего семейства за обедом в школьной столовой. в каком-то плане примроуз повезло, что ее новый товарищ немногословен и нелюдим. уж ему-то точно некому раскрыть все ее секреты. 

где-то раз в несколько месяцев прим овладевала мысль, что она влюбилась. ей казалось, что джек именно тот единственный, которого ей послал мерлин, не иначе. в попытках склонить его на тропу романтики, примроуз неоднократно подливала в сок своего избранника любовное зелье, купленное по скидке, после чего начинался сумасшедший дом. ощущение влюбленности проходило довольно быстро, а вот обида беллами — нет. после этой отравы его могла неделями мучить изжога в то время, как кое-кого не мучила даже совесть.   

— в этой шляпе я похожа на кейт миддлтон?
— если кейт — это бразильский кайпора, то очень даже.

после выпуска прим пришлось поумерить свои королевские амбиции. будучи отъявленной хорошисткой практически во всем, она так и не смогла подыскать себе приличное место работы. несмотря на неплохой аттестат и миловидную физиономию, примроуз провалила большинство своих собеседований и пошла на крайние меры. возвращаться в родительский дом ей совершенно не хотелось, поэтому она решила устроиться официанткой в местный паб с сомнительной репутацией.

воспринимая эту ситуацию как очередную авантюру, прим не впадает в печаль. ее громкий, словно хлопок конфетти, смех заполняет собой все пространство и способствует повышению продаж. и если в пабе совсем тухло, она знает, что
ей на помощь всегда придет джек беллами,
готовый вытряхнуть из своих карманов
последние галлеоны.

so

если честно, я не планирую ничего стратегически важного. если ты любитель ламповых эпизодов с долей юмора, то велкам. практически все в этой истории обсуждаемо и меняемо, в том числе и отношения. если тебе захочется больше драмы и подростковых пиздостраданий, то я противиться не стану. я хочу дэбильных приключений в запретном лесу и неловких поцелуев в чулане для швабр под любовным зельем за три рубля. за более подробной информацией можно обращаться прямиком в лс, либо же обменяемся телегами в гостевой. внешность для меня не особо важна, но мне нравятся natalia dyer, jessica barden, kathryn newton, marine vacth, luca hollestelle, josefine pettersen (я не чекал занятые внешности, если что). в общем, с радостью выслушаю и твои варианты, выберем вместе.
жду тебя.
https://69.media.tumblr.com/tumblr_m7wxpdayq01r17mw1.png


дополнительно ;
готовь пример поста, потому что я обязательно его у тебя спрошу; я хочу более-менее активной игры, поэтому один пост раз в две недели меня не устроит; будь заинькой.

пробный пост

раз. джек остается лежать в постели. холодные стены школьного лазарета навевают на него подозрительную сонливость. здесь он чувствует себя будто дома, вокруг него практически ни души. мало кому выпадает удача отлежаться в больничном крыле практически в самом начале нового семестра. пока все лепечут об экзаменах и учебе, джек пытается развести местную целительницу на сладкую микстуру. горькие настойки на травах заставляют его морщить нос и еле слышно бурчать о том, что маглы лечат куда более приятно.

верхушки деревьев, виднеющиеся из окна напротив, плавно покачиваются под осенним ветром. джек не успел уловить тот момент, когда листья только-только начали желтеть, но уж теперь-то у него есть возможность целыми днями наблюдать за тем, как меняется природа. изредка сквозь стекло к нему стучалась маленькая птица, как бы приглашая выйти наружу и вдоволь прогуляться. обычно она еще с полминуты резво скакала по подоконнику, после чего улетела прочь по своим делам.

небо, окрашенное в персиковые тона, прямо говорило о том, что очередной день скоро подойдет к концу. солнце лениво заходило за горизонт, гипнотизируя джека своим теплым светом. ему становилось тревожно уже пятый день подряд, когда стрелка настенных часов приближалась все ближе к кривой шестерке.

если она остановится – значит, я не рехнулся.
значит, это не просто обычный глюк или страшный сон.

два. джек в очередной раз себя мысленно истязает. он корит себя за то, что ему проще хранить молчание. будь он хоть на каплю ответственнее, сходу рассказал бы все ректорату, а они бы сами решили, что следует делать дальше.

обратиться за помощью? ну, уж нет, увольте. ведь проще молча надеяться, что видение не исполнится. так часто бывает, миражи остаются и дальше лишь миражами. крайне редко сбывается то, что джеку смутно приходится лицезреть. он не хочет казаться психом и параноиком, но еще больше не хочет брать ответственность за то, что может (а чаще «не») случится.

сжимая в руках угол от простыни, джек прячет лицо в потрепанную подушку. он не хочет снова думать о том, как ему поступить, не хочет просчитывать мысленно каждый шаг. едва ли в случае опасности он найдет в себе силы, чтобы что-то предотвратить. нерешительность – это второе имя джека. ему всегда так сложно с чем-то определиться, что дико бесит людей вокруг.

джек зажимает руками уши, лишь бы не слышать то, как тикают проклятые часы. наушники как обычно куда-то запропастились, и приходится по памяти проигрывать в голове идиотскую мелодию из рекламы хлопьев, чтобы заставить себя отвлечься. удивительно, но это действительно помогает.

три. джек облегченно вздыхает, аккуратно косится на стену.
его глаза округляются, потому что часы стоят. подорвавшись с кровати, он навернул два круга по комнате, чертыхнулся три раза и бросился удирать. сердце гремело как колокол, и было готово вырваться из груди. карусель из мыслей в собственной голове не давала ему покоя. ему не хотелось брать на себя ответственность за чьи-то сломанные кости, не хотелось отвечать за царапины на лице.

сжимая в руках палочку, он несся в сторону домика лесника. джек не знал, что собирается делать, но был твердо уверен в том, что после этого инцидента его вызовут на ковер. возможно, даже снимут с факультета пару десятков баллов.

шевели ногами, беллами, иначе это все впустую!

последний раз джек бегал так лишь на своем первом курсе, когда за ним гналась толпа разъяренных слизеринцев. признаться, он и не думал, что когда-то ему придется побить собственный рекорд. со скоростью гепарда он кое-как перескакивал через камни и корни, торчащие из сырой земли. полоса препятствий добавляла ситуации опасности и азарта, поэтому джек морально был готов к тому, чтобы в итоге вернуться в лазарет как минимум с поломанной ногой.

в левом межреберье предательски защемило, но джек и не думал останавливаться на привал. впереди он уже видел крохотный домик лесничего, неподалеку от которого стоял вольер внушительных размеров.

отдохнешь на том свете, джек, соберись.
нужно срочно решить, что придется делать.

джек видит картину из собственного видения и у него перехватывает дыхание. он понимает, что действовать нужно прямо сейчас, либо побег из больничного крыла рискует превратиться в бессмысленную пробежку.
какой резон лезть вон из кожи, чтобы в конце так ничего и не изменить?
какой тогда смысл в том, что он бежал сюда со всех ног?

джек мысленно считает секунды и понимает, что самое время что-то да предпринять. он свистит что есть мочи и запускает в сторону клетки столб кроваво-красных искр. судя по движению за решеткой, зверя это отпугнуло, тварь забилась в угол и издала недовольный рык.

- еще немного, и ты бы стал моим новым соседом по больничной койке, - джек с облегчением упал на траву, вытер пот со лба растянутым рукавом, — советую тебе валить отсюда, пока есть время.

он бросил короткий взгляд на того, кого ему удалось сберечь, и откинулся на спину, пытаясь собраться с духом. едва ли есть вероятность, что никто не заметил суматоху вокруг вольера. джек был так зол, что с радостью отвесил бы подзатыльников любознательному студенту, но вместо этого просто уставился на плывущие облака.

0

17

барбара* , ~30
ты мой друг? ты мой враг?
https://funkyimg.com/i/2VDy4.png
[ rooney mara** ]

дата рождения , место ;
хх.хх.19хх

лояльность ;
vox

деятельность ;
осведомитель/исполнитель vox

чистота крови ;
маггл/сквиб

в невыносимо полной пустоте: барбара улыбается почти искренне. человек перед ней - этот рыжий с заметной уже проседью мужчина - какие чувства он вызывает в ней? жалость? отвращение? участие? барбара улыбается почти искренне, когда говорит:
- расскажи мне.
расскажи так, будто мне не плевать. расскажи мне о детях, о жене, о прошлом, о настоящем, о своем брате, который будто все еще стоит за твоей спиной. о войне - а ты, кажется, правда на ней пострадал? хоть и вышел без единой царапины (тут рон уизли печально фыркает, признавая, что каламбур не к месту). барбара скользит тонкими прохладными пальцами по тыльной стороне его ладони. успокаивая. подталкивая. говоря:
- ты можешь мне доверять.
как же глупо он ведется. ей приходится задаться вопросом - и это они? они - великие волшебники, чистокровки, не-такие-как-эти-магглы? на поверку такие слабые и хрупкие. ей достаточно просто стать ему другом, просто - что? - слушать его, улыбаться, чуть наклоняя голову вбок, позволяя закатным лучам солнца скользнуть по ее коже.

однажды ты вышла из кафе на улице шерш-миди, и мы заговорили. в тот вечер все было неладно, потому что мое аргентинское воспитание мешало мне без конца переходить с одной стороны улицы на другую ради того, чтобы посмотреть на какую-то чепуху, выставленную в плохо освещенных витринах на улицах, названий которых я уже не помню. я нехотя плелся за тобой, и ты показалась мне тогда слишком бойкой и невоспитанной, плелся, пока ты не устала оттого, что никак не могла устать; мы забрались в кафе на буль-миш, и ты залпом, между двумя сдобными булочками, рассказала мне целый кусок своей жизни. « игра в классики » х. кортасар

она просила называть ее биби, воздушно встряхивала волосами и купалась в лучах закатного солнца - как ей удавалось всегда объявиться к тому моменту, как усталый диск закатывался за горизонт, оставалось для рона загадкой, которую разгадывать не хотелось. между ними все время что-то было: конторка витрины в магазине волшебных приколов; огромный баул с книгами, который биби куда-то тащила, неловко перехватывая его на каждый четвертый шаг; и даже когда между ними не было ничего, там была совершенно невыносимая пустота. казалось, биби (все) понимала, и можно было просто рассказать - и быть услышанным. сначала, конечно, рассказала она. с жадным аппетитом поглощая одну сдобную булочку за другой, она выгадала несколько минут между выпечкой и залпом, не делая перерывов на глоток кофе, вывалила, кажется, всю жизнь на белый столик между ними. там она и осталась лежать - история ее жизни, рон опасливо покосился на нее; биби весело улыбнулась, и оказалась такой простой, родной и понятной, что сначала рону стало не по себе - а потом ему стало приятно.

с биби оказалось так легко, понятно и приятно, что порой казалось, они старые приятели, беззаботно учились вместе в хогвартсе когда-то очень давно или вовсе гоняли на пару гномов в саду за "норой". биби всегда знала, что сказать, как спросить, и со странной смесью стыда и удовольствия рон выкладывал перед ней свою жизнь, будто расставлял фишки домино - отчего-то свято уверенный, что она не собьет их, разрушив все.

барбара скользит пальцами по тонкой коже щек, ощупывает гладкий и холодный, напоминающий ей камень, лоб. сложно понять, кто именно смотрит на нее сейчас из зеркала - она сама или биби? похоже, похоже все это, но не то, не настоящее. надо только нащупать, где проходит этот разлом между ей-настоящей и ей-той-которая-может-разрушить-рона-уизли. почему-то от этой мысли ей приятно: проскальзывая ночью под одеяло, прижимаясь своим тонким холодным телом к своему мужчине, она думает о том, как легко она может разнести все к чертям в жизни рона уизли. а заодно - и в жизни министра магии грейнджер.

что касается меня, то хотя я и упразднил у себя в доме все отражающие поверхности, тем не менее, когда оконное стекло, без которого не обойтись, пытается возвратить мне мое отражение, я вижу в нем лицо, которое очень похоже на мое. да, очень похоже, признаю! однако пусть не пытаются уверять, будто это я! вот так! все здесь фальшиво. вот когда мне вернут мой дом и мою жизнь, тогда я обрету «и свое истинное лицо. ж. тардье

:: у каждой есть своя скорбная повесть, она есть и у барбары, только она не торопится ею со всеми делиться. едва ли кто-то знает во всех подробностях трагедию, разыгравшуюся однажды в ее жизни и приведшая ее в ряды vox
:: врешь как дышишь, - говорят ей ее знакомые. барбара улыбается и выдает им еще одну ложь, на которую они довольно покупаются. но виртуознее всего она научилась врать самой себе.
:: она становится рону уизли лучшим другом, в иные дни она пытается стать ему любовницей (и к собственному неудовольствию любой флирт разбивается о стену растерянного тона), она становится биби. и порой она не может нащупать границу между собой и ею.


дополнительно ;
* имя можно поменять (обсудите со мной)
** внешность можно попробовать поменять (обсудите со мной)
+ заявка не в пару, а в психологическую драму, поэтому секса не будет, зато будет стекло
+ приходите, приносите пост, а я вам покажу свой, и о боже да пойдем играть !!
+ графикой обеспечу; игрой обеспечу; свободы передвижений вам дам (или не дам, тут как вам самой захочется)

пробный пост

ты смотришь на творение рук своих, и невольно задаешься вопросом, по возрасту ли иметь семнадцатилетнему мальчишке руки в крови по локоть? в чужой крови, в вязкой, липкой и горячей крови врагов. могут ли вообще у семнадцатилетнего мальчишки быть враги, которых нужно убивать?

в норе воцарилось такое молчание, что страшно лишний раз пошевелиться, чтобы его не нарушить. дом стонет и трещит, будто бы оплакивает ушедших вместе с теми, кто остались. альбус дамблдор говорил им не жалеть умерших. говорил жалеть живых и в особенности тех, кто живет без любви, но как? как не жалеть умерших, когда на грязном, залитом кровью (их кровью) и потом (их потом) полу в обеденной зале хогвартса, превратившейся в морг, лежит фред и смотрит пустым взглядом в каменный свод потолка. когда джордж, падая на колени, издает не то стон, не крик — не человеческий даже, умирающего зверя. как в такие моменты можно не жалеть ушедших?

ты смотришь на творение рук своих.
палочка петтигрю неудобно коротка, и колдовать ею выходит плохо — впрочем, кажется, рон никогда не умел колдовать как следует? заклинание срывается с каштанового кончика раньше, чем он ожидает, завихряется, следуя изгибу палочки — но не становится от этого менее смертельным и разит в самую цель. (рон думает, что эта палочка ни на что не годится, и ему стоит во что бы то ни стало вернуть свою, отыскать ее, где бы она не была — это становится глупой обязательной целью и рон обещает себе выжить, чтобы выполнить дурацкое обещание, данное себе самому).

палочка хвоста, тем не менее, служит ему хорошую службу.

рон почти удивляется, когда им с невиллом это действительно удается. у невилла дрожат руки, когда он опускает палочку, и рон хлопает его по плечу — это все, на что есть время, но невилл выглядит благодарным (или это только так кажется, потому что лицо невилла вымазано в грязи и крови, и угадать его выражение не выходит никак).
когда фенрир обрушивается на землю грузной махиной, рон удивляется еще раз, хоть и совсем мимолетно. ему казалось, вся земля должна сотрястись от удара, но смерть сивого оказывается такой же тихой, как смерть фреда, тонкс или люпина.

рон вспоминает, что ему семнадцать, с трудом. в душной темноте спальни ему кажется, что он — вовсе не он, не рыжий конопатый мальчишка, ему кажется, будто он вековой старик. или горгулья собора парижской богоматери. ему кажется, будто все происходившее с ними жалких пару месяцев назад происходило совсем не с ними, да и то — вовсе не происходило. дурной сон, от которого сложно проснуться. нужно же только постараться и проснуться.
рон сжимает кулаки, и нора тяжело вздыхает, издавая трель нескладных стонов и скрипов, напевая посмертную колыбельную:

фре-да-у-из-ли-боль-ше-нет

и приходится вспомнить, что нет. это действительно все происходило с ними, и как бы не хотелось забыть, вычеркнуть из памяти, крики, кровь и боль устоят даже перед обливиэйтом.

рон уизли аппарирует.

рон уизли падает в теплые колкие колосья, теряясь в высокой траве, и силится притвориться, будто его не существует. он складывает губы в слова, и шепчет нараспев срывающимся голосом:
— мама, я сегодня заночую в пшенице.
мама его не услышит.
мама сейчас далеко, тревожно спит в коттедже «ракушка», и здесь никого нет, кроме него, рона. к утру он снова будет дома, снова будет жить свою жизнь и пытаться собрать себя по кирпичикам, как это сделали с хогвартсом.
а сделали? или он все так же лежит в руинах, изуродованная вечность в камне?
пшеница пахнет пряной пылью, колосья шепчут у него над головой, но рону кажется, он чувствует привкус крови на языке, слышит перешептывание пожирателей, рон сжимает в руках волшебную палочку, готовый отражать заклинания, готовый нападать.

« за это стоит бороться » — сказал гарри, прежде, чем повести их в бой.

слова отдаются в голове эхом, ожигают рот, когда рон пытается произнести их. за это стоило бороться, выдавливает он из себя, но вот вопрос — какой ценой?
он считает погибших, методично загибая пальцы. пальцы на обеих руках заканчиваются раньше, чем он успевает назвать хотя бы треть имен.
достаточная ли это была плата? сполна ли они заплатили? на сколько лет (дней?) спокойной жизни хватит того взноса, что они сделали, и когда придется вновь бороться за что-то стоящее? вопросы остаются без ответа, и рон снова называет имена. когда он произносит имя фреда уизли, покинутая и обездоленная нора вздыхает в отдалении.

х.

кто же знал, что настоящий дьявол спрятался не в трех шестерках, а в цифрах девять и восемь. гарри устал, это видно. с ним тяжело разговаривать, и сколько бы рон не задавал вопросов, он только качает головой, безразлично выдавая случайные ответы невпопад. чаще всего он говорит «не знаю». джинни где-то рядом, гладит его по волосам, обнимает его — смотреть на это почти до неправильно, непривычно и до странного неприятно, и рон отворачивается, утыкаясь гермионе в живот. она тоже почти все время где-то рядом, сейчас — за его спиной, и он обхватывает длинными нескладными руками ее талию, сдавленно выдыхая. вздох теряется в складках ее кофточки. рон пробует что-то спрашивать у гермионы, но и она все чаще говорит «не знаю», и старается отвернуться, забыть, завести разговор о будущем. ведь именно туда им теперь нужно смотреть, а назад оборачиваться —
— ты разве не знаешь эту легенду об орфее и эвредике? если оборачиваться назад, не получишь того, к чему стремишься. мечта растворится, скользнув между твоими пальцами, и ты останешься ни с чем.
рон кивает.
он в свою очередь точно знает, что нельзя идти вперед, не помня, что оставляешь позади.

рон уизли аппарирует.

(на площади перед больницей святого мунго колышутся в предрассветном тумане облака — сегодня они почему-то ночевали, лежа прямо на земле. рон стягивает рукава свитера пониже и поправляет растрепанные волосы — ему тревожно, и кажется, будто его не пропустят к ней именно потому что он выглядит неопрятно).

она спит сейчас беспокойным сном, мечется по кровати, будто в агонии, и это, казалось бы, не твоя вина. (рон не может перестать считать это своей виной — он был там, он был одним из тех, кто вел людей, кто шел в первых рядах, а значит, и он тоже причастен).
голодный призрак разевает свой рот, вновь и вновь склоняясь над лавандой браун, девочкой с молочной кожей и рыжими — такими похожими на его собственные — волосами. сонная санитарка поверила ему, когда он сказал ей, что кузен той рыжей девочки с лавандовым именем.
даже во сне она не выглядит спокойной или мирной, ее красивое лицо искажено гримасой, и сложно узнать в теле на койке прежнюю малышку браун.

неужели вот так выглядит победа в битве за хогвартс? неужели все это шло именно к этому, чтобы теперь они находились там, где есть сейчас, такие разрушенные? лаванда на больничной койке, спеленатая по рукам и ногам магическими путами. гарри, опустошенный в «ракушке», там же — будто потерявшая вместе с фредом самое свое сердце молли. тонкс, люпин, даже глупый маленький колин криви — где-то глубоко под землей, а над ними прорастает трава и цветы.
к этому все шло, неумолимо и верно? с получения письма из хогвартса, с покупки первой палочки, с первого освоенного вингардиум левиоса?

рон вытягивает руку в иррациональном желании прикоснуться к лаванде и разрушить сон, но так и замирает с вытянутыми пальцами. и замечает, как мелко подрагивают они в воздухе. унять дрожь никак не удается.

0

18

илай , возраст на выбор
https://69.media.tumblr.com/3711d2a004c1bec499c1a2c60132f774/tumblr_nuair6nbjh1srh1mgo7_250.gif https://69.media.tumblr.com/b0ef5f644b99d76044d9db7b3c7ce7c2/tumblr_npqz85Lix31utjdgjo8_r2_250.gif
[ miles teller]

дата рождения , место ;
лондон

лояльность ;
сам себе господин и отчасти vox

деятельность ;
анархист

чистота крови ;
сквиб


the animals - the house of the rising sun


[indent] :если бы илай помнил, то рассказал, как больно впиваются в запястья ремни, а металлический язычок стирает тонкую кожу запястий в рваную ткань.

[indent] :если бы илай помнил, то он бы рассказал о сочувствующих взглядах медсестер и строгих костюмах невыразимцев, которые каждый раз отрицательно качали головой.

[indent] :если бы илай помнил, то он бы спел вместе с аминой валлийскую колыбельную и вновь откликнулся бы на стук ее сердца.

[indent] но илай не помнит.

илай (илия, мой пророк – матушка кричит) знает, что он должен был быть волшебником. что у таких, как его мать, дар магии в крови, и он абсолютно точно должен быть особенным, как и его младшая сестра.
но илай не получает ничего.

ему ставят метку сквиба в двенадцать лет, и родители даже не сильно расстроены – отец учит играть в бейсбол и интересуется оценками за тест по математике. но вот только сестра в восемь резко оказывается талантливой, левитирует предметы и получает свое письмо // илаю тогда снится, что он выкручивает ей шейные позвонки, мажет свои губы в крови и прикуривает.

мальчик-пророк связывается с дурной компанией и все говорят – еще бы. как жаль его родителей, читает он на всех этих лицах, и выбивает из их детей спесь. илай едет сознанием заранее и покупает билет в один конец – катитесь к черту со своими характеристиками.

отец больше не улыбается и решает не вносить за сына залог, потому что тот опять подрался с кем-то в баре – в девятнадцать илай получает условно, и это режет ему глотку и путы на ногах; теперь у него нет возможности вернуться назад, а значит можно продолжать.

однажды в багровом потоке появляется маг в красивом костюме и говорит, что сделает ему подарок –
мы вернем тебе магию, дружок, - усмехает он ровную линию губ и предупреждает: будет, возможно, больно, но ведь оно того стоит, верно?
верно, - решает илай и пропадает с радаров маггловского мира.

[indent] если бы илай помнил те месяцы, то нашел бы каждого из них и собственноручно убил.
[indent] но илай не помнит, потому что опыт оказывается неудачным, и ему грубо стирают память, возвращая в маггловский лондон без права на аппеляцию.

илай – р е ш е т о, и утро его начинается с марева в глазнице: дребезжат там мини-экранами старые мысли и фантомные иллюзии. он слышит порой голоса, гонится за неведомыми тенями и однажды понимает, что его самые болезненные сны начинают сбываться. илаю голову разрывают видения о демонстрациях и огне, а через два дня маггловский протест выбивается из колеи. он видит пароли и людей, которые ему предлагают нашивку с буквой v, и новая семья вскоре находит его.

[indent] илай не различает, где прежний он, а где дьявол со средневековых гравюр;
[indent] он достает лезвие ножа в толпе, и когда начинается ажиотаж, без разбора принимается играть.

(хохот гулко проходится в его голове, но это все принадлежит не ему)

волшебники все-таки сделали ему подарок, но об этом он точно пока не вспомнит.
языком проходится по металлу и пробует собственную кровь на вкус – в нем не живут разные личности, беснуется всего одна.
раздробленная на живые куски.

илай в полумраке хватает себя за голову и кричит;
амина приходит за ним и протягивает руку.

- оно ведь того стоит, верно?

верно.

прежняя зарисовка без конкретики

мышьяк и смола;
открыть ящик стола, провести по выцветшим листам рукой - «вы все мне лгали» - странные сны, переворот сознания - безумие, разбавленное помешательством. илай переходит по ссылке и попадает в секту, его раздвоенному сознанию эта идея приходится по душе. кровь проливать, во время протестов доставать нож - ты волшебник или другой? убью сразу всех.

амина выходит из тени заброшенного здания, просит поделиться сигаретой - чужая, что она забыла в ист-энде?

- ты илай, верно?
у меня для тебя есть работа.

мой ник в сети - амистад. знаешь, революция пожирает своих детей;
возможно, однажды ты съешь меня.


дополнительно ;
- плохая история о переломанном мальчике ;
- кто-то однажды кого-то убьет, но это мы еще посмотрим ;
- пишу в последнее время навыворот, но многим нравится. от соигрока хочу, чтобы ему заходила игра, а все остальное пофиксим под общий знаменатель ;
- увы, из пиноккио не вышло настоящего мальчика, и илай останется сквибом, который иногда видит пророческие сны.

пробный пост

пойдем, я расскажу тебе о море, покажу новый закат.
мы с тобой утопим океан.



[indent] амина слышала фамилию долохов несколько раз в жизни;
[indent] амина не так чтобы сильно интересуется мертвыми пожирателями смерти - скорее, радуется их отсутствию на златогривых гербах собственной семьи.

мутная вода - ладоней не тяни - обожжешься;
амина выбирает ломать аккуратно пальцами кирпичную кладку, нежными прикосновениями выбивать остов из лубков и пускать корни в зияющие бездны - нет там звезд, распахивается безликая пасть - так амина узнает о вечности,
и теряется в ее руках.

миротворец тягуче называет имя - вальдемар - и говорит, где его найти. селвин привыкла не задавать лишних вопросов, потому что миротворцу не сильно нравится на них отвечать; половину он оставляет без внимания. на кончике языка лишь - он нам действительно нужен? чем меньше волшебников знает, - хочется заикнуться и рассказать лидеру о его же заветах. хочется, наверно, выразить сомнение, потому что вальдемар долохов не внушает пока доверия, потому что она о нем ничего не знает и вновь зеркальным блеском на веках метки пожирателей - но мы ведь не они. миротворец читает ее глаза, плещет в них свою ухмылку - он нам нужен.

и затем неожиданно рассказывает о том, что есть ловкие люди, которые присутствуют в обоих мирах. они умеют складывать винтовки и используют мощные заклинания без тени министерства за спиной. есть те, кто умеет исчезать, и появляются они в самых неблагополучных местах. есть и такие, что играют за множество команд лишь номинально и на вид, а истину свою посвящают делу единому - на самом же деле верность оковами эгоистичными опутывает их самих, но чем сильнее соблазн - тем проще сказать да.

[indent] вальдмар - и есть те люди, говорит он ей;
[indent] вальдемар отлично подойдет нам.

амине, в принципе, все равно, она не сомневается в решениях миротворца. тот выискивает нужных людей и смотрит на них, становится незримым стражем в душах - оценивает. это чем-то смахивает на аудиторскую проверку, получите бумаги и сделайте собственные выводы - миротворец откуда-то знает абсолютно всех и видит в людях огонь; одни делятся запалом, словно прометей, иные - задыхаются от гари погребальных костров. когда селвин встретит вальдемара долохова, она увидит у него на коже искры;

и синее пламя в глазах.

амина не спрашивает себя о лояльности, не перекатывает эти слова по нёбу – путаются все карты и окрашиваются черно-красным, буква v высится в небесах – вокс становится ее голосом в ту секунду, когда первый смертник подписывает с аминой селвин контракт. она не несет правду, но и не прячет ложь – амина предлагает людям выбор, и они сами царапают эту пустоту.
нарывается их душа философским камнем, и долгие годы осыпаются пеплом в предрассветную мглу.

выбор – это сегодня все.
магглы в кварталах впихивают листовки, пишут на стенах – они нам чужие – и это тоже способ выжить. селвин пробирается через закоулки, кивает бродячим котам – представляете, я сейчас ближе к вам, чем к привычным плоскостям – прежние идеалы мерцают пандорой, вскрой раны – и задохнешься от боли.

трансгессировать как-то проще и пока это не запрещено – амина легко меняет местоположение и улыбается; кардифф встречает ее ветром и ласково проходится по щекам. в воздухе пахнет забытым домом и искренностью, которая в селвин пробивается через раз ( господи прошу не дай мне забыть(ся) в родных краях ). в груди что-то ворочается и скрепит –
погоди, друг, мы здесь не одни.

миротворец точно говорит, где сегодня будет долохов, и молодое солнце золотит мостовую, которую пересекает селвин, – те самые кирпичики, что она однажды в крошево разобьет. кадифф отчасти пленит, но нельзя так легко падать, стук-стук где-то бьется жилка у воды – амина делает шаг навстречу дому, чтобы потом отдалиться в диаметрально противоположную сторону.
(не хочу сегодня воевать, убираю в карман революцию и ее флаг)

она привыкает действовать по наитию, выискивать людей с открытыми вакансиями и проповедовать за реализм – аз есмь туда; новая библия от организации по защите традиционных интересов нетрадиционного общества – открывай страницы, листай, забывай. в обязанности амины не входит помощь и сопровождение, в ее интересах заручиться рукопожатием и убедиться, что никто друг другу не врет (лишь я чуть-чуть, но это во благо).

августовское утро милосердно распаляет свои начала – амина знает, что не сможет подкрасться, поэтому даже не пытается. в здании никого не бывало уже давно, и это полузаброшенный лофт – прибежище для урбанистических моряков. кто кого еще здесь ждал, конечно, вопрос; амина проскальзывает в приоткрытую металлическую дверь и тихо петляет по лабиринту искусственных стен, зная, что в конце ее ждет приз.
мягкой волной подбирается прибой, и амина белоснежной пеной искрится в потоке – привет, теперь нам надо подружиться.

- не подскажете, как мне добраться до лондона? – эхо голоса разбивается о высокий потолок, здание отвечает ей коротким монологом и тишиной. – я, кажется, заблудилась.

для долохова чистокровные отметки – суета и спесь, вряд ли он о ней слышал, разве что только о семье; селвин гнется улыбкой, но не хочет казаться наивной – она улыбается взглядом, чтобы спутать намерения (чужие, естественно) и сразить наповал классические варианты. читать проходимцев до последней косточки умеет только миротворец, амине же приходится догадываться.

у вальдемара светлые волосы и высокий рост – был ли антонин на него похож?
тут нет никаких змей, зеленых идеалов и черных полос – представляешь, я тоже буду тебе что-то рассказывать и просить, а ты должен соглашаться и себе не противоречить. в конце концов, я не принуждаю и даже не угрожаю; всего лишь спрошу – сделаешь ли ты так, как я прошу?

0


Вы здесь » ONE PERCENT » партнёрство » apogee